Седьмая тень

– Наверное, ей позвонил Губкин, рассказал, что у меня с плечом, а пока мы с тобой по лесу бегали, отвар двадцать раз приготовить можно было, – заключил Антонов.

– Не знаю, мне показалось, что она не пользуется сотовой связью, да и вряд ли тут есть роуминг. В центре города и то связь ужасная, а на окраинах ее и вовсе нет, а ты хочешь, чтоб она в лесу была. Да и электричества тут нет, как она по-твоему, телефон заряжает, от свечи что ли, или от печки? – не сдавалась Тоня.

Антонов не успел ничего ответить, так как за холмом оказалась куча народа.

Завидев Романа с Тоней, из толпы им на встречу бросился Губкин с криками:

– Слава богу, вы живы! Где вы были? С вами все в порядке? Мы вас уже четвертый день ищем.

– Как четвертый? – удивился Рома, – мы только вчера вечером с больницы уехали.

– Какой вчера, во вторник вы уехали, – возмущался Губкин, – Валерьяныч вас до утра прождал, потом сам к бабке Лукерье сходил, вас там не было, ну он в панике в амбулаторию, полгорода вас искать ходило, прочесали весь лес вдоль и поперек.

Уже думали, если до вечера не найдем, то сгинете вы в этом окаянном лесу, а я под суд пойду.

– А сегодня разве не среда? – осторожно поинтересовался Роман.

– Суббота уже! Слушай, а ты точно только плечо повредил? Головой не ударялся? – Озадачено поинтересовался главврач.

Антонов не знал, что и подумать, неужели он три дня был без сознания. А как же Тоня? Почему она не сказала ему, что он так долго был в «отключке»? Но спросить он у нее ничего не успел, стая девчонок уже оттащила ее в сторону и обвила плотным кольцом.

Все бурно обсуждали их поиски, Губкин цепкой хваткой тащил Романа к машине. УАЗика не было, вместо него стояла грязная «Нива», за рулем сидел худощавый мужчина средних лет, его лицо было пепельно-серое и одутловатое, под глазами были мешки, в глазах читалась боль и грусть.

Завидев приближающегося Губкина тянувшего за собой парня, он вышел им на встречу из машины, и спросил:

– Ну, что нашлись? А то я уже спасателей вызвал из райцентра с кинологами.

Надо позвонить пусть не приезжают. В этот момент его глаза встретились с глазами Антонова, он протянул левую руку для рукопожатия, и Роман только теперь обратил внимание на то, что вместо правой – у него протез.

– Иван Николаевич Северский, – представился он.

– Роман Антонов, – протянул в ответ ему руку, наконец-то вырвавшийся из мертвой хватки Губкина парень.

Народ стал расходиться. К «Ниве» подошли Максим с Андреем.