Научи меня бегать по воде

Очень часто маленьким мальчиком, прислонившись к холодному стеклу, он мог часами считать огоньки, дожидаясь маму с работы. И мечтать, строить мальчишеские планы, рисовать своё будущее.

Пацнов вышел из маршрутки, накинул гитару на плечо, глубоко вдохнул свежий вечерний воздух, поправил рукой длинную чёлку, падающую на глаза, и уверенной походкой пошел к регулируемому пешеходному переходу. Маленький немой человечек виновато краснел на противоположной стороне. Автомобили ехали, перегоняя друг друга, беспорядочно перестраиваясь и злобно сигналя.

Наконец запиликал и зашагал бодрый зелёный человечек. Толпа двинулась на проезжую часть. Кирилл сделал два шага, но непреодолимая сила заставила его повернуть голову вправо: из-за живого, шелестящего листвой тополя на высоте двухэтажного дома медленно выплыл огромный шар диаметром два-три метра. Он переливался всеми цветами радуги и издавал еле слышный шёпот, как будто миллионы людей шептали что-то независимо друг от друга. Опять загорелся красный истуканчик; Кирилл инстинктивно шагнул назад, во рту стало как-то неприятно кисло-сладко, и он сделал нервный, глубокий глоток; автомобили не двигались с места, сигналили, люди выходили на проезжую часть, снимали видео на телефоны, показывая друг другу на удивительное явление. Вся эта суматоха создала неимоверный гул, а шар, переливаясь и сверкая в лучах вечернего солнца, шипел метрах в пяти над головами зевак.

Вдруг раздался хлопок – и шар лопнул, огромная разноцветная волна растеклась в разные стороны.

Она проходила сквозь людей, обтекая машины. Кирилл испугался и встал за столб перпендикулярно волне. Наступила леденящая тишина. Субстанция медленно прошла к ступням, и парень ощутил зловещий холодок, пробежавший с ног до головы, кисло-сладкий вкус во рту усилился втрое. Втянув максимально живот и прижав гитару к груди, Кирилл еле дышал, казалось, что воздух весь насытился сладковато-кислым запахом. Он не понимал, сколько прошло времени, но стоять уже стало совсем невыносимо: ноги затекли и занемели. Наконец поток прекратился, и его остатки исчезли вдалеке. В то же время как будто кто-то включил громкость в колонках во всю мощь: все вокруг загудело, транспорт возобновил движение, пешеходы пошли своей дорогой.

Парень осмотрелся и попытался двинуться с места; ноги – совсем ватные – не хотели слушаться, покалывали и болели.