Тая

В качестве последнего вступительного испытания детей просили рассказать наизусть любое стихотворение. Тая слышала, что детишки до нее все как один рассказывали под копирку «У Лукоморья дуб зеленый…», а уставшие тетеньки из приемной комиссии слушали их вполуха. Перед экзаменом они с бабулей тоже повторяли Пушкина, но, успев послушать его уже раз десять, Тая очень захотела развеселить грустных барышень, поэтому, когда до нее дошла очередь, Тая вышла на середину класса и громко произнесла: «Таисия Виельгорская.

Папа вазу опрокинул».

Папа вазу опрокинул, кто его накажет?

«Это к счастью, это к счастью!» –

Все семейство скажет.

Ну а если же к несчастью, это сделал я.

«Ты разиня! Ты растяпа!» – скажут про меня.

Тая видела, как уставшие женщины оторвались от своих заметок и подняли на нее удивленные глаза.

– Ты чья такая малышка? – улыбнулась одна из женщин, приподняв очки, чтобы лучше рассмотреть девочку.

– Таисия Виельгорская! – звонко повторила Тая.

– Белла Аркадьевна, – ответила ей учительница и быстренько, просмотрев списки, удовлетворенно кивнула. – Будешь в моем классе.

Тая хоть и не видела бабушку, но знала, что та сейчас сидит где-то на последней парте и довольно улыбается. Улыбалась и завуч школы, которая теперь каждый вечер наряжалась дома в изысканный шелковый халат, заботливо сшитый из старых дефицитных запасов Льва Константиновича и подаренный ей в знак уважения от Анны Аркадьевны.

Тая была безусловно талантливым ребенком, но лишняя предусмотрительность еще никому не помешала.

Да, это было действительно самое счастливое и беззаботное лето в жизни Таи. Во всех детских садах уже давным-давно прошли выпускные в подготовительных группах, и дети, предоставленные сами себе, целыми днями носились по улице. Они играли в догонялки, казаки-разбойники, «горячую картошку» и зарывали за гаражами «секретики». Тая с Гришей даже сделали один общий «секретик», спрятав в ямку его солдатика, Таиного маленького лисенка и кучу фантиков от конфет, которыми их угостил Гришин дедушка.

Поверх всех сокровищ они положили кусочек березовой коры, на котором стеклом вырезали две буквы: «Г+Т».

Все ребята во дворе знали про эту странную и очень трепетную дружбу высокого кареглазого мальчика и маленькой голубоглазой девочки, но на удивление это не вызывало ни у кого насмешек.