Тая

– Какие еще цветы??? Хватит ныть, Таисия!

– Ну, цветы для Беллы Аркадьевны, – процедила Тая, сдерживая из последних сил слезы, которые все равно предательски катились по ее щекам.

– Как ты меня достала! Где я их сейчас возьму??? – Лена развела руками.

Тая дала волю чувствам и громко заревела – весь ее мир рушился, ведь совсем неважно, что тебе всего семь, если ты уже знаешь, что у элегантной женщины обязательно должна быть небольшая сумка в тон туфель и цветы в руках по случаю…

– Леночка, ну она права, – вмешалась Анна Аркадьевна.

 – Кто же ходит на первое сентября без цветов?! Таюша, идем с тобой вместе сходим и найдем самый красивый букетик цветов для твоей учительницы, – ласково обратилась бабушка к внучке.

Анна Аркадьевна поправила каре, повязала вокруг шеи шелковый платочек, и, взяв в одну руку сумочку, а во вторую маленькую ручку внучки, решительно вышла на улицу.

Несмотря на то, что день близился к концу, на улице все еще было тепло.

Солнце лениво ласкало лица случайных прохожих сквозь пушистые от листвы ветки деревьев. В воздухе стоял запах дровяных печей, от чего делалось по-особенному уютно. Видимо, весь город готовился к первому сентября, а счастливые обладатели деревянных домов и бань решили напоследок отмыть своих новоиспеченных школьников.

Слышно было, как где-то вдалеке тренькал трамвай, а в конце улицы лаяла чья-то собака. Из открытого окна негромко запел телевизор.

«Спокойной ночи, малыши, – узнала мелодию Анна Аркадьевна.

 – Значит уже восемь часов!»

– Таюша, надо ускоряться! Время-то оказывается восемь!

Девочка округлила испуганно глазки и засеменила рядом, ускорив шаг.

Жизнь научила Анну Аркадьевну радоваться счастью в мелочах: пить по утрам кофе с блаженной улыбкой, быть элегантной даже в булочной, баловать себя цветами или вкусными конфетами, по чуть-чуть, чтобы не навредить фигуре, но больше всего она любила наслаждаться общением с близкими и с упоением читать интересную книгу или просто гулять по улице, разглядывая дома, прохожих, вдыхая каждой клеточкой тела городские ароматы, подставляя морщинистое лицо ветру или солнцу…

Ей нравилось слушать, как пахнет асфальт после дождя, или как игриво щекочет ноздри свежеиспеченный хлеб.

А еще она любила запах краски новенькой книги или свежей газеты, любила запах гудрона из толстой и чумазой бочки и просто обожала запах метро.