Мемуары голодной попаданки

Уверена, негостеприимный Захарий только рад будет.

С еще большим рвением я взялась выгребать мусор. Фрагменты бывшей посуды и порядком поломанной обстановки – на выброс. Самодельные кружки – на барную стойку. Целую мебель – к стене. Тяжелая скамья будто приросла к полу и не желала ни в какую двигаться с места, поэтому я обошла ее с другой стороны и… принялась жадно хватать ртом воздух, пытаясь хоть глоток пропихнуть в легкие. На полу под столом лежал мужичок в луже крови. Желто-зеленое одутловатое лицо застыло восковой маской в мучительной гримасе, дыхание отсутствовало, а конечности раскинулись под неестественным углом.

Я протянула два пальца к сонной артерии, пытаясь нащупать сердцебиение, но лед чужой кожи ясно дал понять, что жизни здесь нет, и спутал в голове оставшиеся мысли. Меня накрыла паника. Бежать! Куда? Звать на помощь! Кого? Мама!

В один прыжок отскочила к входной двери и, набрав в грудь побольше воздуха, выпустила вместе с именем, как считала на тот момент, спасителя.

– За-аха-ари-ий!

Свою ошибку я осознала в ту же секунду. Недовольный амбал кубарем скатился с лестницы и влетел в зал. Смотреть ему в глаза было откровенно страшно. Мысли заметались словно сонм испуганных бабочек. А что если это он пришиб беднягу, который лежит под столом? Говорил же дед Матвей про какие-то убийства в городе. Я, выходит, нежеланный свидетель? И что теперь со мной будет? Закопает в одной из мусорных куч на дороге? Интересно, сколько там уже похоронено народу? Вспомнит ли обо мне дед Матвей, когда спустя длительное время окажется здесь снова проездом? И даже если да, станет ли искать случайную попутчицу, которую по доброте душевной пристроил на работу к старому приятелю?

Обнаружив меня в зале живой и здоровой, Захарий заметно расслабился, и даже распрямился, до того весь сжавшийся пружиной, приготовившись к атаке.

– Матве-е-й!!! – взревел раненым лосем и выскочил во двор. – Забирай свою девку, и валите подальше отсюда!

Мат и угрозы, правда, длились недолго, вскоре стихнув. Вернулся хозяин кабака без старичка и еще более озверевший.

– Старая лисья задница! Это надо же так нагреть! – громыхал он. – Чать после первых же твоих воплей сбежал отсюда, теряя лапти. Если вообще ночевал у меня.