Причастие мертвых. Тарвуд-1

У Лэа волосы пшеничные, а глаза серо-голубые, Заноза – беловолосый и синеглазый, вот и вся разница. Они даже ростом и сложением походили. Лэа, с ее спортивной фигурой и короткой стрижкой, вообще часто принимали за мальчика. Правда, Заноза, даже отрасти он волосы подлиннее, не сошел бы за девчонку, но походить на Лэа ему это не мешало.

Мартин постарался не ухмыльнуться, ситуация к веселью не располагала.

– Откуда ты взялся? – спросила Лэа.

Она держалась на расстоянии, но можно было не сомневаться, что, дернись Заноза слишком резко, Лэа вмиг окажется достаточно близко, чтобы перерезать ему горло.

– Арбалет же не заряжен, – в голосе упыря было неподдельное удивление. – Миссис Дерин-Соколоф, я пришел с Мартином только что.

– Не гони! – замечание насчет того, что арбалет не заряжен, Лэа проигнорировала. – В коридоре камеры. Я видела, как Мартин пришел, он был один.

– Меня камеры не видят, – сказал Заноза медленно. Провоцировать Лэа он явно не хотел, независимо от того, может ли она выстрелить. – Еще у меня нет тени и отражения.

– Мартин, – Лэа вздохнула, – это что? Опять какой-то мальчик-демон? Где ты их, блин, находишь? Что тебя на нормальных не тянет? Ты посмотри, он же размалеван, как… – она не сказала вслух, как кто, вместо этого спросила, то ли зло, то ли устало: – Ему хоть пятнадцать-то есть?

Это была Лэа. Это была та черта ее характера, которая иногда восхищала Мартина, а иногда, в зависимости от ситуации, становилась утомительной. Готовность драться с любым, кто ей не понравится, и ревность ко всему, что двигается.

– Лэа, – он подошел к жене, поцеловал ее в щеку, – это Заноза, он вампир, новичок на Тарвуде. Эрте попросил меня его встретить.

Лэа фыркнула и тряхнула головой.

– Что тут смешного? Не ври, что не смеешься! Между прочим, если бы ты побольше рассказывал мне о своих делах с господином Эрте, я бы… ладно. Привет, Заноза, – бросила она, – приятно познакомиться, я Лэа.

Упырь озадаченно нахмурился. Мартин очень, очень старался не смеяться. Перепады настроения любимой жены были еще одной гранью ее невероятной и опасной красоты. Привыкай, Заноза, привыкай. Ты ведь тут задержишься, тебе с Лэа часто придется дело иметь.

– Я так привык, – ответил Заноза задумчиво, как будто осмыслял собственное поведение, – леди входит, нужно встать и поклониться.