Все плохое уже позади. Плохое позади

Дедушка и папа все время на работе, а когда они дома, дедушка читает газеты, а папа сидит в кабинете, – грустно сказал Майки.

– Мы пытались рассказать все папе, но он нам не поверил и не стал слушать, – объяснила Лиза.

– Я попробую поговорить с ним сама, когда он вернется, – пообещала Наташа.

– А еще миссис Ландрет часто разговаривает с Джоан в своей комнате, – переглянувшись, доложили дети.

– Маленькие шпионы, хватит подслушивать чужие разговоры, – сделала она им замечание.

– Они говорили о тебе, – вдруг сказал Майки.

– Обо мне? – удивилась Наташа, – а что они обо мне говорили?

Майки пожал плечами, – я не понял. Они говорили про какого-то Марка и какой-то катер. Еще они часто произносили наши с Лизой имена, тебя они называли русской.

– Ну да, я и есть русская, – пробормотала она, – вот бы подслушать, что они о нас говорили…

– Ты же сказала, что нельзя подслушивать чужие разговоры, – удивленно уставилась на нее Лиза.

– Ну-у-у, они говорят про нас с вами, – объяснила Наташа, – причем за нашими спинами, а обсуждать втихаря другого человека некрасиво.

– Давай пригласим Алешька и Алёнька к нам в гости, – предложил Майки.

– Смеешься? – грустно посмотрела на него Наташа, – Ландрет всю неделю выгоняла меня из дому, пока ей не позвонил ваш папа, – она вздохнула, – она не разрешит мне пригласить еще и гостей.

– Мы скажем, что это наши гости, – важно заявил Майки.

США, Нью-Йорк, особняк Престонов, пятница 19 июня 1987 года

– Наташ, тут какое-то тухлое дело, – сообщил девушке Алексей, – я целый день следил за этими мымрами, кое-что мне удалось подслушать. Во время разговора Джоан называла миссис Ландрет тетей. И, кстати, ее саму зовут не Джоан, а Присцилла.

– А-а-а, – выдохнула Наташа, – теперь я поняла, кого она мне напоминает. У нее черты лица Драндулет, и такой же скрипучий голос.

– Короче, если я правильно понял, тетка с племянницей решили с твоей помощью организовать похищение Майки и Лизы.

– Похитить детей с моей помощью? – ошеломленно произнесла девушка, – но как?

Алексей пожал плечами, – не знаю, – и серьезно посмотрел на нее, – уезжай ты отсюда. Что-то в этом доме нечисто…

– А как же Майки и Лиза? Это маленькие беззащитные дети, я не могу бросить их одних. Нет, я еще побуду здесь. Только, Лёш, моей маме ни слова, она будет волноваться.

– Наташ, я могила.