Любовь с привкусом проклятья

Те, кто его знал, характеризовали графа как человека мрачного, резкого и замкнутого, не терпящего пустословия, предпочитающего уединение и тишину. Его замок действительно находился за городом, в середине Гуллонского леса. Он никогда не принимал гостей и сам никого не навещал, считая это глупым и бессмысленным. Поэтому посещение графом игорного дома уже слыло событием чрезвычайной важности.

– Что он делал у госпожи Ди? Что такой человек, как сан Венте, мог забыть в подобном месте?! – недоумевала я.

– Отдыхал, – дядя пожал плечами, – так же, как и все.

Или ты считаешь его нелюдем? Наслушалась глупых слухов? Зря! Он, конечно, человек сложный, но вовсе не такое чудовище, каким его описывают сплетницы.

Я скептически поджала губы.

Естественно, у всех жен графа была официальная причина исчезновений. Если верить документам, то первая графиня сан Венте сбежала с конюхом, вторая – угодила в лечебницу с психическим расстройством, а третья – сбросилась с башни, не выдержав тяжелого характера супруга. Вот только ни имени конюха, ни названия лечебницы, ни места захоронения самоубийцы никто так и не обнародовал.

– Интересно, тех девушек тоже убеждали в доброте и безобидности жениха? – невзначай поинтересовалась я.

– Все-таки собираешь сплетни, – дядя нахмурился. – Думаешь, я отдал тебя в руки убийцы? Поверь, Эрина, граф обычный мужчина и он действительно нуждается в жене…

– Естественно, там целый лес под боком, есть куда прятать трупы.

– …поэтому будет тебя уважать и оберегать как зеницу ока.

Ваш союз обязательно станет счастливым, вот увидишь.

Я вздохнула. Спорить бесполезно.

Если бы не клятва, то ни о какой свадьбе не было бы и речи! Но увы, здравый рассудок требовал смирения и послушания. С магией шутки плохи, не приведи светлые боги, попаду под проклятье – придется всю жизнь мучиться. Так что мне ничего не оставалось, как паковать чемоданы и готовиться к встрече с неизвестностью.

Тем более, по рассказам подруг, сан Венте хоть и имел собственный доход, но жен все же подбирал с большим приданым, которое потом, естественно, оставалось в его руках.

И это настораживало.

Что касается внешности, то мнения разнились: кто-то его описывал как интересного господина средних лет, а кто-то клялся, что граф – уродливый старик, опаивающий юных дев любовным снадобьем.

Я покосилась на дядю. Он, конечно, не был ценителем мужской внешности, но отличить урода от красавца мог.

– А как он выглядит? – тихо спросила я.

– Кто?

– Мой жених.