Академия черного дракона. Ведьма темного пламени

А потом, когда оказалось, что из-за сломанной посудомойки придется вручную мыть чашки и тарелки, проклинать день, в который место лорда Гастрена занял его ломающий технику сын.

Посуды было много, а тех, кто ее мыл, всего трое, включая меня. Так что времени это заняло даже больше положенных по отработке пяти часов, и в общежитие я вернулась затемно, не чуя рук и ног от усталости.

О звонке родителям уже не могло быть и речи: ни позднее время, ни разбитое состояние этому не способствовали, поэтому отложила разговор на завтра.

Застирала изгаженные пеной вещи, ополоснулась в душе и легла спать.

Глава 3

Новость о том, что семья Самаила Кречета попросила для сына моей руки, разлетелась по академии с огромной скоростью. Сплетня ведь! Как же так, один из наследников не самого маленького состояния вместо куда более выгодных партий выбрал какую-то троечницу.

На внешность я, конечно, не жаловалась. Но при этом не блистала, как, например, дочь графа Вирского Орсанна – отличница ведьмовского факультета, платиновая блондинка с третьим размером бюста.

Да и семья моя хоть и была родовитой, все ж излишнего богатства не имела. А Орсанна ходила только в эксклюзивных, шитых на заказ вещах и дорогих украшениях.

Не то чтобы я ей сильно завидовала, так, немного. Мы вообще с ней мало пересекались – звезда факультета предпочитала девчонок ниже статусом демонстративно не замечать.

До сегодняшнего утра.

И вот лучше б не замечала дальше! Ибо едва я вошла в столовую на завтрак, со стороны ее столика прозвучало мелодичное, но весьма громкое:

– Ой, смотрите, кто пришел!

Все, кто был в столовой, и посмотрели.

И я бы тоже с удовольствием посмотрела, вот только в дверях больше никого не было. Поэтому сотни взглядов дружно уставились на меня. И если парни в основном смотрели оценивающе, то во взглядах девушек читалось недоумение и даже неприязнь. Мол, и чего в ней такого?

Ничего «такого» во мне действительно не было. И оттого было вдвойне неприятно.

А уж когда поднялся Самаил и с наглой улыбочкой направился навстречу, и вовсе захотелось сбежать.

Или проклясть его на фиг еще раз.

Вот только сделать ни того, ни другого я не могла. Сбежать – значило проявить трусость перед всей академией и обеспечить себя насмешками до конца обучения. Ну а проклятие повлекло бы за собой обещанное ректором взыскание и в ближайшей перспективе вылет из академии.

– Привет, дорогая, – меня чмокнули в щеку, предварительно схватив за руку, чтоб не отшатнулась.