Глория. Два короля

– Ты как? Болит что-нибудь? – озабоченно прозвучал второй голос, принадлежавший Винсу, и я перевела на него взгляд.

Винсент. Бледный, с лихорадочно блестящими глазами, он сидел на коленях возле меня и, не отрываясь, смотрел мне в лицо.

– Я… – Кашель не дал продолжить.

– Легче, девочка, легче. – Голос Фандора звучал так, как может звучать голос довольного своей работой человека. – Не спеши. Поди, с той стороны не каждый день возвращаешься.

Во рту было так сухо, что попытка снова заговорить оказалась совсем не простой.

– Что случилось? Винс…

Он тут же отозвался, опуская по разрешающему кивку Фандора мои руки:

– Даже не знаю, с чего начать. Ты совсем ничего не помнишь?

Я хотела было ответить утвердительно, но в это мгновение воспоминания хлынули в голову неостановимым потоком. Я застонала, вновь закрывая глаза.

– Вспомнила, – удовлетворенно констатировал Фандор. – Моя вина, Глория. Слишком много силы зачерпнул, не рассчитал.

– Ты ее чуть не убил! – со злостью сказал Винс.

– Так не убил же! – равнодушно парировал Фандор. – Зато нас не завалило. И не сожгло. И не утопило.

Я вновь открыла глаза, чувствуя, как слабость окончательно отступает.

– Замок…

Фандор пожал плечами:

– Скорее всего, замка больше нет. Разбираться в хитросплетениях магического удара, сама понимаешь, времени не было.

– Тетушка…

Винс легонько сжал мою ладонь, ничего не отвечая.

Неужели?.. Тетя Файлина… единственная родная душа…

Глаза защипало, и я заплакала. Чувствуя, как горе полностью заполняет меня, сделав все остальное мелким и не важным, я ощутила молчаливую поддержку Винса и равнодушное ожидание Фандора.

– Погибло много людей, Глория, – наконец произнес Клинок. – Замок отнюдь не пустовал. Это надо просто принять и продолжать жить. Потому что своей цели тот, кто направил заклятие, все-таки не добился. Ты осталась жива.

– Это из-за меня… – Слезы душили, не давая говорить.

– Да, из-за тебя! – жестко перебил меня Фандор. – Всех, кто расстался с жизнью во время атаки, принято называть простым термином.

Я отрицательно покачала головой, не в силах прервать беззвучный плач.

– Не надо. Ей и так нелегко… – начал было Винс, но Фандор не обратил на него никакого внимания.

Он, не отрываясь, смотрел на меня. И продолжил:

– Их принято называть «сопутствующими потерями». Их количество не имеет значения. Ни для кого, кроме тебя. Потому что ты выжила, а они нет. Хотя должно было быть наоборот.