Глория. Капкан на четвертого

Нет, внешне она абсолютно ничем не выделялась, но я почему-то не могла оторвать от покрытой копотью кладки взгляда.

А тень на ней сгущалась и сгущалась, становясь похожей на бездонный провал. Провал, из которого вдруг шелестяще, на самом краю слышимости донеслось:

– Глория…

Внезапно кулон на шее налился тяжелым жаром, и я очнулась.

Какого демона?! Что это сейчас было?!

Резко помотав головой, я втянула носом воздух и растерянно уставилась на каменную кладку, которая вновь стала обычной. Опасности я не чувствовала, страха почему-то тоже не испытывала.

Наверное, потому, что понимала – это все-таки спальня отца, а он сам себе гадости бы точно не стал рядом с кроватью подстраивать.

Зато разобраться в увиденном очень хотелось. Ведь это точно не было привычным видением прорицателя-поисковика! Еще пару часов назад я из любопытства проверила комнаты и обнаружила на них такую же защиту от просмотра, как в кабинете мертвой герцогини. То есть дар мой тут бы не сработал в принципе. Да и голосов я никогда раньше не слышала.

Даже преподаватели о голосах никогда не говорили, обучая нас понимать речь в видениях по движениям губ.

Однако и простой игрой воображения увиденное не являлось. Это подтверждала тяжелая пульсация отреагировавшего кулона. Она же логично указывала и на то, что камин каким-то образом связан с темной магией.

Воспоминание об обнаруженной в кабинете отца книге по каминному делу вспыхнуло само собой. Ох, чувствую, неспроста он ее изучал!

Набросив халат, я решительно подошла к камину вплотную.

Уверена, здесь какой-то тайник. И, вполне может быть, что работники Тайной стражи его не обнаружили.

А что? Специалистов по темной магии мало, да и сама по себе магия тут не помощник. Вот я, например, хоть и осматривала здесь все еще несколько часов назад, до сих пор ничего и не чувствовала. Если бы не видение с призывом, стоял бы себе здесь камин дальше и стоял.

Я закрыла глаза и попыталась настроиться на любой возможный источник темной магии. Откликом мне стало легкое, едва уловимое эхо.

Не более того.

Но ведь как-то же он должен открываться!

Я куснула губу и задумалась. Темнота звала меня по имени. Даже если это и образ подсознания, ибо отец обо мне понятия не имел, – все указывает на личное обращение. Личный, индивидуальный замок, ключ к которому имеет только…

«Только тот, в ком течет наша кровь».

Озаренная догадкой, я быстро царапнула руку об острый край декоративной чугунной оградки очага и приложила к камню вновь.