Глория. Капкан на четвертого

Разгадал кто-то посторонний тайну камина, заполучил нашу кровь, спустился по лестнице, смог найти замок. А тут – бац! И темное проклятие.

Часть каменной стены, тем временем, бесшумно отползла в сторону, позволяя переступить порог тайной отцовской комнаты. В тот же миг вспыхнули светокристаллы, и я с любопытством огляделась.

Это оказалась лаборатория. Квадратная, просторная, длиной примерно в полтора десятка шагов.

Справа от входа находился внушительных размеров алхимический стол-верстак, на противоположных концах которого лежали два камня: хрусталь и черный оникс.

Насколько я помнила, хрусталь обычно требовался для лучшего определения заклинательных контуров и просмотра структуры заклинаний в артефактах. А вот для чего отец использовал оникс – камень Мертвой Земли, даже думать не хотелось. Уже одно его название говорило само за себя.

На столе стояло с десяток пустых, покрытых пылью колб разного размера. За ними – аптекарские весы, горелка с держателем и вделанный прямо в поверхность стола, позеленевший от старости медный круг с ладонь шириной.

В общем, полный набор алхимика.

А чуть поодаль обнаружилась небольшая шкатулка, открыв которую я увидела настоящие наручи концентрации! Этот весьма редкий и сложный артефакт гарантировал отсутствие ошибок в алхимической работе.

Над столом и дальше, вдоль всей стены, протянулось три яруса полок. Нижний ярус был заставлен книгами, и первый же взгляд на них показал – я нашла настоящий клад! Судя по их толщине и обложкам, украшенным золотым тиснением и драгоценными камнями, за обладание подобным собранием многие маги собственные души заложили бы.

Я наугад вытащила одну из книг и охнула. Обложка ее была сделана из тонких деревянных дощечек, обтянутых тисненой кожей, а витиеватое название гласило: «Дела тайные, Сахибом записанные, со слов Аруинама Великого, о магии призывной и сущностной».

Руки невольно задрожали. Это ж надо, Аруинам Великий! Сколько копий было сломано в спорах, существовал ли этот чернокнижник на самом деле или нет? А тут…

Благоговейно и даже с некоторой опаской я поставила старинный том на место и подняла глаза выше.

На втором ярусе располагалось множество каких-то мешочков, баночек и коробочек. Судя по наклейкам, здесь хранились различные ингредиенты. Причем встречались довольно редкие, такие, как «Жабий радунец», а то и вовсе мне неизвестные. Например, «Толченые зубы гиркайской вепсы». Кто такая эта вепса, я понятия не имела.