Сильванские луны

Он уже научился с первого раза откликаться на это имя.

– Можешь гордиться собой за тот случай с котом. Я впечатлён. Умение не отвлекаться, что бы ни творилось вокруг, для волшебника жизненно важно, когда-нибудь оно тебе здорово пригодится.

Лексий не стал интересоваться, откуда Бран знает – он уже успел понять, что их учитель так или иначе в курсе всего, что происходит в этом доме.

Бран Лейо вообще был небезынтересной личностью. Он не прилагал к этому никаких усилий, но его знал весь Урсул – впрочем, Брану от этого, кажется, было ни горячо, ни холодно.

Судя по неприлично короткой для Сильваны практичной стрижке и постоянной лёгкой небритости, его вообще не слишком волновало, кто и что о нём подумает. К лучшим людям господин Лейо не принадлежал, но это было неважно: хоть волшебников и считали оригиналами, страннее которых только астрономы, немногочисленность и престиж профессии автоматически выводили их в верхние слои общества.

Никто никогда ничего не слышал о его семье, но среди магов хватало одиночек – многие считали безответственным подпускать кого-то слишком уж близко, заранее зная, что «долго и счастливо» всё равно не получится.

Сам Бран невозмутимо говорил, что его семья – это школа, и Алексей снова не мог понять, серьёзен он или нет. Бесспорной правдой было как минимум то, что школа действительно находилась на его попечении. Эта должность здесь не называлась директорской, но Бран отвечал за бумажную работу, преподавание и персонал…

Вряд ли это было так уж сложно сейчас, когда учеников у него было всего трое, а учителей и того меньше.

Бран не обсуждал текущее положение дел со своими подопечными. Только один раз, вечером, он пришёл посмотреть на них в какой-то невесёлой задумчивости, а на вопрос Ларса о причинах коротко поведал:

– Мало вас.

– Тебе с нами скучно? – картинно огорчился Халогаланд.

Бран усмехнулся.

– Да с вами заскучаешь, пожалуй… Вот только всё равно мало.

На самом деле, они догадывались, в чём дело. По городу давно ходили сплетни, будто его величество Клавдий подумывает и вовсе закрыть Урсульскую школу. Немудрено – при её нынешней популярности игра вряд ли стоила свеч. Похоже, единственной причиной, почему их троих до сих пор не отправили доучиваться в Рутью, было упорство Брана.

Поговаривали, будто бы у него с царём есть некие личные связи.