Метанойя. Обратники

Здесь все не так, как на материке, и вообще, не так, как вы привыкли. Давайте объединимся, вместе у нас больше шансов…

– На что? – перебила Эва. – По вашим словам у нас вообще нет шансов.

– Займем позицию наблюдателей, – предложил я. – Нам мало что известно, какие решения будут правильными? Для начала, ведем себя обычно, это для них, для себя же ведем сбор информации. Когда будет достаточно для выводов, можно действовать. Все зависит от ситуации. Плана пока нет.

– Нет, это все развод, – отмахнулся Ян. – Валентин ясно выразился, что в случае отказа с нами поработает стиратель, чтобы убрать память о пребывании на острове.

– Это что, безумство храбрых? – усмехнулся Серафим. – Знаете, пока нас сюда везли, нам вешали блоки, чтобы мы не пользовались способностями. Я лично убирал их не раз.

– Что еще за блоки? – удивилась Стефания.

Пришлось рассказать все о той паутине, которую дешифровал Серафим, и как все это ощущал я.

– Утром мы должны дать ответ, – печально повторила Николь. – Что будем делать?

– Эти люди знают о наших способностях и могут воспользоваться ими, – вполголоса произнес я, поглядывая в сторону корпуса. – И сделают это, потому что мы не владеем тем, что имеем. Предлагаю каждому научиться управлять своей силой, она может пригодиться в процессе. Затем, не вызывая подозрения, вести себя обычно, но внедриться в их сферу, чтобы понять принцип работы. Если все будет успешно, мы сможем противостоять.

Все угрюмо согласились с моим предложением, только Януш возмущенно высказался про наше нездоровое воображение и ушел, махнув рукой.

Бежать сейчас было бессмысленно, это остров, повсюду охрана. Здесь нужно брать хитростью и анализом ситуации.

Ближе к вечеру я встретил на этаже Мию. Мы спустились во двор, потому что там, на улице, было больше шансов замаскировать свой голос среди шума ветра и прибрежных волн.

– Мы ведь сделали все, что могли? – спросил я.

– Ты еще можешь рассказать им о древних, о поврежденности, о том, как пытаешься вычеркнуть страшный опыт из своей жизни, но у тебя не получается, потому что этот кошмар сопровождает тебя повсюду, – печально предложила Мия. – Даже здесь.

Я обреченно вздохнул.

– Любые мои попытки заблокировать этот опыт сводятся к нулю. Воспоминания всплывают, мешают жить. Все свои двадцать пять лет я подсознательно жду тот момент, о котором предупреждал отец.