Круг замкнулся

– Лето грядущее будет опасным! – провозгласила она. – Но не засуха, не град, не ураган будут тому виной. Вызреет урожай, расщедрится лес, народятся дети… – на мгновение она замолчала, потом добавила шепотом: – Беда придет от людей.

Сельчане растерянно молчали. Не таких предсказаний ждали они этим утром. Тетушка Мухомор выдохнула, отпуская неподъемную для смертного силу, и добавила своим обычным голосом:

– Испокон веков живем мы на этой земле. Каждый вечер солнце уходит на запад, но какой бы темной ни была ночь, однажды рассветет вновь.

Белянка вспомнила зыбкий ночной песок, сердце сжалось, словно под порывом леденящего ветра. Но солнце не ждет – Стрелок откупорил кувшин с вином, поднял над головой и звучно выкрикнул:

– За Новое лето!

Сделал первый глоток и передал по кругу. Противосолонь, повторяя путь ночного солнца, обратный дневному ходу, кувшин шел с запада на восток. Белянка глотнула терпкого черносмородинного вина, отчего-то отдававшего мятой и шиповником, и передала дальше.

Оставалось лишь ждать и слушать шелест молодых листьев.

Вдалеке закричала одинокая птица. Затем еще одна, и еще. Лес до краев заполнился разноголосым щебетом.

Стрелок шагнул на восток, тетушка Мухомор – на запад. Первый луч новорожденного лета вырвался из мрака, осветил верхушки деревьев, и Ведунья сжала посох Отца деревни, высоко поднятый над головой.

– Круг замкнулся…

Шепот сплелся со щебетом птиц и плеском реки, затерялся в кронах. Белянка отвела от солнца глаза, полные счастливых слез, и глянула, как обещала, на Стрелка.

Он смотрел мимо, не узнавая, не улыбаясь.

Сердце ухнуло в живот, задрожали колени, и горло забило тошнотой. «Он просто забыл, устал – да мало ли!» – успокаивала она себя, но дурной привкус мяты и шиповника не уходил с языка.

Хотелось выкрикнуть:

– Ну посмотри на меня!..

Но в пронзительно-голубых глазах не осталось ни капли былого света и тепла. Лишь ледяной холод зимних небес.

Будто другой человек. Они ничего друг другу не обещали, а голова мутна от обряда. Лучше всего просто лечь спать.

С тяжелым сердцем, еле переставляя ноги, Белянка побрела на холм, к избушке под старой сосной. В ушах гудело от бессонной ночи, едкого дыма и хмельного кваса, ноги ломило и жгло.

На пороге стояла растрепанная Ласка и спорила с Горлицей.