Жги, детка, жги!

К концу недели на связь вышла Женька, спросила, как дела, все ли у нее хорошо. И сказала, что им нужно срочно созвониться. Дневная переписка в Ватсап выглядела так:

– А что случилось?

– Капец что, но об этом позже. Не хочу тебя тревожить.

– Норм? А этим вот «капец что» ты меня не растревожила, считаешь?

– Блин, ну прости. Но я сама еще не знаю, как тебе все сказать.

– Это ты на очередной тренинг сходила?

– Да перестань, не была я там. Тут про другое.

– Тебе бы в лоб дать, да не дотянусь.

– Вечером созвон? В восемь по Москве нормально?

– Давай.

Днем Люда еще раз сходила на море, чтобы искупаться. После этого с удовольствием пообедала с семейной парой из Санкт-Петербурга, что жила с ней по соседству на этаже. Перед беседой с Женей она успела отправить пару писем по работе, сделать важный звонок и прогуляться по главной улице, чтобы немного проветрить мозги.

От подруги можно было ожидать разное – сплошная непредсказуемость. Женька вполне способна за неделю выдать что угодно: от выйти замуж до уехать на випассану куда-нибудь на Бали.

– Люд, знаешь, я выяснила, кто любовница твоего мужа. Неожиданно получилось. Только не падай.

– После всего дерьма, что на меня свалилось, ты меня уже вряд ли удивишь. Ну и кто это?

Женька молчала. Собиралась с духом.

– Ну-у-у-у??

– Марина.

Казалось, что Женя застыла и не даже не дышит.

– Какая? Та, что с салона на Садовом? Или парикмахерша с Ленинского проспекта?

– К твоим салонам она отношения не имеет.

У Люды прямо в процессе разговора начали расширяться глаза. Она чувствовала, как по спине побежала дрожь, а потом все тело обдало холодной волной.

– В смысле наша Марина?

– Блин, ты русский язык перестала воспринимать. Наша. Та, с которой неделю назад на даче вместе вино пили и слезы лили.

Даже через экран ноутбука считывался Женькин потухший взгляд.

– Твою мать. Все же удивила.

Люда схватилась рукой за волосы, глаза метались по номеру в поисках непонятно чего, потому что информация не хотела помещаться в голове.

Как так? Маринка, которая делилась с ней желтым ведром и лопаткой в песочнице. Которая готова была в школе за нее порвать всех на куски. Которая стала свидетельницей на свадьбе и всегда находилась рядом в беде. Совершенно не верилось и не хотелось.

– Откуда ты узнала, Жень? Может, это ошибка.

– Не, все точно.