Дроби. Непридуманная история

– Постираю сначала темное, – вымолвила голова.

– Сначала стирают светлое.

– Не порти мне настроение, съешь лучше конфетку. Не представляю, откуда она взялась в моем кармане.

– Брякс, – на светлую столешницу приземлилась продолговатая конфета «Чио Рио», ее любимая.

– Вот, съешь, а завтра придет твоя… подружка, – Данил никогда не называл Ольгу по имени.

Девушка молчала. «Целых сто двадцать или всего сто двадцать?» – пульсировало у нее в голове.

– Ольга… больше… не… придет, – механическим голосом произнесла Катя.

 – Сегодня она обещала принести мои любимые конфеты.

Она побледнела и уставилась на лакомство: – Где ты это взял? И где ты был весь день?

Что-то горячее растеклось по постели липкой влагой до самых Катиных неподвижных конечностей. Еще секунду назад лужица была совсем маленькая, и вот она уже превратилась в огромное пятно, которое отчетливо расползалось по белой простыне. Девушка, не чувствуя ног, ощутила нечто мокрое под собой так же отчетливо, как разглядела в окне дома через сто двадцать метров впившийся в стекло черный рот, разинутый до неестественных размеров, в болезненном крике.

И темный силуэт мужа в осенней куртке позади. Потом дом моргнул, и все исчезло.

Глава 2. Катя

– Катя, Катя… проснись, – медсестра трясла девушку за плечо. – Ты намочила постель.

– Я… случайно.

– Не переживай, сейчас мы все исправим. А пока смотри-ка, что у меня есть.

– Плюх, – на светлый больничный пододеяльник со свежим штампом «ГПБ № 5» приземлился целлофановый мешочек продолговатых конфет «Чио Рио», ее любимых.

– Где вы это взяли? Данил приходил?

– Что-то ты у меня опять разволновалась. Данила не видела, но, пока ты спала, приходила какая-то девушка. Кажется, она сказала, что ее зовут Ольга.

– Вот как… – хмыкнула Катя.

Медсестра, поменяв белье, оставила ее наедине со сладостями. Девушка подтянула больничную простыню к подбородку и пристально уставилась на большие пальцы ног.

Полгода они не подавали ни единого признака жизни, как, впрочем, и вся нижняя часть ее туловища. Но недавно, спустя неделю после того, как Данил засунул ее в психушку, она обнаружила в них легкое покалывание. Вчера же смогла ими даже пошевелить. Нащупав на тумбочке конфетку «Чио Рио», девушка развернула фантик и привычным движением закинула цилиндр из нежного пралине в рот. Сладость грустной ноябрьской жижей разлилась по небу.