Бабушка на взводе. Часть 1

Стив не хочет смотреть вниз, ведь прямо над нами в эту минуту разворачивается настоящий воздушный бой, и сквозь прозрачную бронированную крышу вертолёта мы можем наблюдать, как облака пронзают огненные ракеты, оставляя за собой длинные белые полосы-хвосты. Взрыв раздаётся, как гром над головой. Птичку начинает трясти и ведёт в сторону. Надо спуститься ниже. Едва успеваю выровнять малыша, как очередной волной его вновь откидывает вправо. На этот раз вовремя. Мимо нас со свистом огненной кометой проносится подбитый самолёт.

А дальше происходит то, что не должно было произойти никогда. Но закон подлости, к несчастью, действует везде. Так вот, когда до своих остаётся не больше ста километров, Чёрный Ястреб сдувается. Его пропеллер скрипит, издаёт жалобный визг и останавливается. Вертолёт заваливается на правый бок и, несмотря на все мои усилия, начинает падать. От беспомощности хочется разрыдаться. Вот и первая слезинка скатилась по щеке. Зло смахиваю её, так, чтобы американец не увидел.

Собираю в кулак остатки силы и воли, тяну штурвал на себя. Мы планируем, как лист на ветру. Вдали вижу постройки. Заброшенный центр полярников. До наших недалеко. Но всё равно не дотянем. Нужно приземлиться тут. Через считанные минуты начнётся очередной буран. А это единственное укрытие.

? Держись крепче! ? Толкаю штурвал вниз. ? Посадка будет жёсткой.

Скрип, свист, удар и тишина.

Открываю глаза. Отсутствие кровавых мальчиков радует. Именно они появляются, когда я получаю сотрясение.

Проверено не единожды. Значит, с головой всё в порядке. Руки-ноги тоже целы. Американец поскуливает. Держится за нижнюю конечность. Слава Богу, жив. Остальное починим.

Вокруг ничего не видно. Лобовое в снегу. Открываю дверь, аккуратно спрыгиваю. По пояс не провалилась ? уже хорошо. Птичка целёхонька. Стоит себе, уткнувшись клювом в сугроб. Меня накрывает приступ гордости. Ювелирная работа. Через десять метров высокая стена. Если бы мы врезались, последствия могли оказаться печальными.

Заглядываю в салон.

? Идти сможешь? Нам туда. ? Указываю на обледенелую дверь.

Американец кивает и вываливается на снег.

Чёрт подери! Я не могу его поднять. Снег слишком рыхлый. Тут на двух ногах ходить непросто, а доскакать на одной целой… Поздно соображаю, что надо было соорудить нечто, напоминающее сани. Вот только мороз минус шестьдесят. Пока я их смастерю, Стив околеет. И что теперь? В кабину ему уже не подняться, до дверей не доползти.