Где наша не пропадала! Истории веселые и не очень

Как-то раз, когда хеллоуинить по-черному (и рыжему) уже вовсю начала Земля Русская (благо, тыква наш национальный продукт), я решила мужу на очередную годовщину свадьбы подарить приятный сувенир.

Я зашла в лавку керамики. Там красовались летучие мыши, волшебники с метлами и прочая живность. Приглянулся мне котик в черной шляпе и цветной накидке.

Подмигивал он мне, улыбался игриво. Но что-то в его хитрой морде меня настораживало, как будто кот меня обманывал. Вспомнилась фраза подруги о том, что котики не могут врать, они могут только немного умалчивать.

Что скрывал керамический шутник в остроконечной шляпе, я выяснять не стала, торопилась за фруктами и тортом.

Мысль о том, что с его хитрой улыбочкой надо разобраться на досуге, заскочила в укромный угол сознания, а кот заскочил в мою сумку.

Их (кота и мысль) пришлось достать одновременно. Потому что муж, взяв подарок, не поблагодарил меня, а долго и озадаченно смотрел на сувенир и, наконец, тихо так спросил: «А ты уверена, дорогая, что это именно то пожелание, которое стоит сказать в годовщину свадьбы?» И указал на буквы на накидке у котика.

Там латинские «RIP».

«А, – говорю я, – это, наверное, «мяу» на каком-то диалекте. Индонезийские кошки, например, произносят «нгаунг» и никто этому не удивляется. «Нет, – возразил мой муж, – никакое это не «мяу», а вполне понятное «Requiescat in pace» (rest in peace) – «покойся с миром».

Смотрю я на котика, а тот подмигивает. И я понимаю, что он умолчал знатно о своей шутке.

Я растерялась.

У моего мужа чувство юмора хорошее, он сказал, что первоапрельский розыгрыш удался. Мы долго тогда смеялись. Теперь каждую годовщину свадьбы вспоминаем с улыбкой черного шутника в шляпе.

Будьте осторожны с котиками. Это скрытные, умалчивающие и хитрые существа!

Этот и другие рассказы вы можете найти в сборнике Елены Шмелевой «Баклажановый сироп».

Хочешь – не хочешь

Анастасия Кущенко

Алька проснулась пораньше. Впрочем, это в дозамужние, у-мамы-под-крылышком времена, называлось «пораньше».

Теперь это было «в обычную рань». На скорую руку забодяжила тесто, и уже переворачивала на загорелое пузико тридцать седьмой блин. Она считала блины вовсе не от жадности, а по рекомендации очкастого психолога из телевизора – «отвлечение на счет снижает тревожность». Алька успевала и считать и тревожиться одновременно, но если не верить даже очкам и телеку – то тогда чему вообще верить?

Зато блинов нажарила.