Книга Крови. Когда в запасе вечность

Мы все интегрировались в мире людей и даже не отличаемся от них. Встретив на улице Эдинбурга гнома, ты даже не подумаешь, что это маленький человечек из сказок. Некоторые из них достигают шести футов. И у Мерроу, обитающих возле озёр. нет хвостов, хотя они остались такими же стервами. Но есть и древние кровожадные существа, не признающие закона. Они сохранили свой первозданный вид. Воспоминания о них стёрты во всех документах. Их называют существами Лоурель-Дассета. Сам я их никогда не видел, но отец говорит, их где-то заперли и хорошо охраняют.

Я продолжала расширять свои познания.

– Скажи, а передаётся ли вампиризм при укусе? Ну, может ли донор стать вампиром?

Адам рассмеялся.

– Опять сказки. Это невозможно даже теоретически. Вампиризм не заразен. Вампиром можно только родиться, не важно, оба ли родителя являются представителями этой расы или только один. Вампиры часто заключают союзы с людьми. Считается, что дети от таких браков более крепкие. Бывало, что даже ведьмы не могли устоять против нашего обаяния.

? Он лукаво подмигнул.

– Знаю. Сэб и есть тот самый результат неустойки. Но почему он до сих пор считается изгоем? Неужто, это такое преступление, быть сыном ведьмы? В чём его вина?

Адам помрачнел.

– Его беда в том, что он слишком силён. Мы не можем телепортироваться, мы просто быстро перемещаемся, очень быстро. А он может, причём не только через пространство, но и через время. Он удивительно живуч, и раны на нём затягиваются за считанные минуты.

Он практически неуязвим. Беда в том, что когда-то он поклялся убить самого Лигарда, неприкасаемого лорда. И теперь тот ищет любой предлог для казни моего кузена.

– Кузена?

– Да. Себастиан мой кузен. Его отец и моя мать являлись родными братом и сестрой. Когда Эрика казнили, мой отец пообещал маме, что отомстит Лигарду, но Парламент имел слишком большую власть. Нашим семьям пришлось затаиться и ждать. Мы ждали того, в ком проявиться чистая королевская кровь, чтобы сместить ненавистный Парламент и установить монархию.

Поэтому моя семья поддержит тебя, не зависимо от того, поженимся мы или нет.

– Ты так говоришь, будто тебе не девятнадцать, а пятьсот девятнадцать лет: «мы затаились», «мы ждали».

Адам рассмеялся.

– Однажды и ты будешь так говорить, «МЫ». Интересы твоей диаспоры и твоей семьи выйдут на первый план. Ты почувствуешь себя продолжением чего-то великого, станешь частью стаи.

– Стаи?

– Это старое название диаспор.