Неспящая во льдах. Когда в запасе вечность..

Они стали нереально длинными, острыми и крепкими. Это же звериные когти! Боже! Нет! В кого я превращаюсь? Я не хочу!

– Не смей приближаться ко мне, Лидия! ? Это сказала я? Хриплый низкий голос, почти шипение.

Женщина широко раскрыла глаза.

– Кто ты? Слуги считают тебя человеком, но ты не человек.

Я выбежала из комнаты и понеслась вниз, на кухню.

Дарина начищала медный котелок, который уже светился так, что вполне мог заменить зеркало.

– Что случилось, дочка? Я думала, ты уснула.

Я села за стол и зарыдала.

– Дарина! Я ничего не понимаю. Макс сказал, что я не могла превратиться в вампира. Вампиром можно только родиться. Но я превращаюсь, правда, не знаю в кого.

Я протянула вперёд дрожащую руку. Мои когти немного уменьшились, но всё ещё выглядели устрашающе.

Женщина взяла мою кисть и цокнула языком.

– Надо же, какие острые и крепкие. Тут на моём веку перебывало много разных существ. Дай-ка подумаю. Ведьмы? Нет. Они могут заставить поверить в своё превращение чарами, но сами никогда не обращаются.

Оборотни? Возможно. Но те втягивают когти по своему желанию, как, впрочем, и демоны. Феи? У фей вообще ничего подобного нет, как и у гномов. Остаются валькирии. Возможно, ты валькирия, детка?

Моё тело тряслось, как в лихорадке.

– Я? Как такое возможно? Мои родители ? обычные люди.

– Ты уверена?

– На сто процентов. Может, это какой вирус или колдовство?

Дарина пожала плечами.

– А кроме когтей ты заметила что-то ещё, необычное?

Я всхлипнула.

– Да. Прыгучесть, ловкость, сила. Раньше такого со мной не происходило. Я даже на физкультуре получала тройки из жалости.

Женщина встала и обняла меня за плечи.

– Ты не волнуйся так, девочка! Макс прожил долгую жизнь. Он поможет тебе освоиться в Дассете, если не найдёт способа избавить от всего этого кошмара.

Она вручила мне яблоко и отправила спать. Я шла в комнату в сопровождении Тома и Поля. Том тащил мою спортивную сумку с вещами.

– За машину не волнуйтесь, мэм.

Я загнал её в гараж и вымыл до блеска.

Меньше всего я сейчас волновалась за арендованную машину.

– Мы останемся у дверей до утра, или пока лорд не вернётся, хотя, до утра он точно не вернётся, а, если так, будем сторожить тебя, девочка, сколько надо, хоть неделю.

Речь старика казалась странной, но приятной. Если не вслушиваться в слова, мягкий акцент, присущий горцам, успокаивал, убаюкивал, создавал ощущение покоя и защищённости.