Останется навсегда

 – Беатрис просто разрушит Лоуренс.

– Тогда лиши её силы, на время.

Старик задумался.

– Возможно, ты прав. Но что нам делать, если Бетти опять встретится с лэрдом Маккдауном?

Алфей поднял руки к небу.

– Мы можем поженить их и навсегда избавиться от вздорной девчонки. Пусть она станет головной болью другого клана.

Браян засмеялся.

– Ты хитрый, но очень умный мальчик. Я поддержу тебя.

– И я. – Кивнул Дерек.

– А я воздержусь, внук. Уж больно мне не хочется добавлять хлопот твоей сестре.

Алфей подошёл к старику.

– Дженни очень сильная волшебница. Она не вызывает бури и не останавливает реки, но она исцеляет души, приносит спокойствие и счастье. А ведь именно это и нужно Бетти.

Абрахам нехотя согласился.

– Ладно. Зови Беатрис.

Прошло не менее получаса, прежде чем в комнату вошла девушка. Она медленно передвигалась на ослабевших ногах и казалась бледной и испуганной. Она была так непохожа на жизнерадостную и взбалмошную Беатрис, которую знали в замке.

Ночные кошмары совершенно измучили девочку. Казалось, что ещё одна ночь может если не убить её, то совершенно лишить сил. Алфей вскочил и придвинул тяжёлый стул.

– Садись, кузина, иначе ты свалишься в обморок.

Беатрис покачала головой.

– Я не могу сидеть перед старейшинами.

– Брось, внучка! Мы не на параде! – Абрахам махнул рукой на стул. – Сядь. Разговор может быть долгим!

Девушка села и сцепила руки на коленях так, что побелели костяшки пальцев.

– Мы не нашли лекарства от твоей болезни, девочка! – глаза Браяна излучали доброту и понимание. – Но мы обязательно найдём, обещаю.

– И ты должна нам помочь. – Дерек сел напротив неё.

– Да, я постараюсь.

– Итак. Расскажи нам ещё раз о своих кошмарах.

Беатрис закрыла глаза.

– Я ничего не помню, совершенно ничего, кроме всепоглощающего страха. Я знаю, что мне нужно сражаться, но с кем, не знаю.

Я борюсь, как могу, а потом просыпаюсь от собственного крика.

– Весь замок просыпается от твоего крика, кузина!

Беатрис ещё ниже склонила голову.

– Я пробовала привязывать себя к кровати и даже заматывать рот косынкой, но это не помогает. Я открываю глаза и понимаю, что нахожусь в своей спальне, в углу между сундуками. Я боюсь посмотреть в окно, так как знаю, что увижу там ужасные вещи.