Папочка. Синдром разорванного сердца

Зажмурившись, я медленно расстегнула бюстгальтер и перешагнула через тонкие стринги.

Доктор подошёл ближе, поправил очки и бесцеремонно ощупал моё тело.

– Открой рот!

Я послушно разомкнула челюсти и запрокинула голову.

– Теперь на кресло.

Это явилось венцом моего позора. У гинеколога я побывала всего лишь раз, но врачом была женщина! Стиснув зубы, я легла на холодную простыню и опустила ноги в металлические полукольца.

– Расслабься! Вот так. Всё. Вставай.

Пытка закончилась. Врач вручил странное мешкообразное одеяние и тут же потерял ко мне интерес.

– Натягивай, и свободна.

Уговаривать меня не пришлось. Нырнув в бесформенный наряд, я почувствовала себя гораздо лучше.

Али, подпиравший стену, сально улыбнулся.

– Ну что?

– Девственница. И совершенно здорова.

Да, видимо, только в пустыне диагноз могли поставить по состоянию зубов и тургору кожи. Но я не собиралась спорить.

– Куда её, в дом или в инкубатор?

Али провёл рукой по густой бороде.

– Пока в дом. Хотя постой, открой дверь.

Я покажу этой женщине наш персональный ад.

Меня передёрнуло.

– Хватит называть меня женщиной. У меня, между прочим, имя есть. Анастасия.

Араб рассмеялся.

– Аназта-зии-я. Нет, не пойдёт. Слишком длинное. Впрочем, если ты будешь себя хорошо вести, господин даст тебе новое.

Злость затмила рассудок.

– Что значит, даст? Я не собираюсь менять ни веру, ни гражданство, ни имя.

Странный доктор поправил очки.

– Фильмов насмотрелась. Да кого тут интересует твоё имя и твоя вера? Вы все тут куры, несущие хозяину золотые яйца.

А с курами смешно договариваться.

Мне так хотелось наброситься на парня с кулаками, расцарапать его холёную мордашку, но я сдержалась. Али дёрнул меня за рукав.

– Идём.

Мы вышли в коридор, и, миновав несколько поворотов, оказались у огромной палаты. Нет, лучше бы я осталась в проклятом музее на ночь, чем увидела то, что творилось за толстым пуленепробиваемым окном. Четыре ряда коек, всего двадцать. И двадцать девушек.

Казалось, они спали. Обмотанные проводами мониторов и трубками капельниц, несчастные находились на разных сроках беременности.

– Это инкубатор и наши подопечные.

У меня пересохло в горле.

– Девушки живы?

– Живы, ? Али кивнул, ? но находятся в состоянии искусственной комы. Так легче ими управлять.

– Управлять? ? мой голос перешёл в хрип. ? Но ведь они…

– Беременны? Да. И скоро самый дорогой биопродукт созреет.

– Биопродукт?

Араб усмехнулся.