Синдром зверя

? Что, Вась, скоро мы фальцетом будем петь дуэтом?

Остановившись у моего подъезда, мужчина широко раскрыл дверь. Василий почувствовал подвох и забился под водительское кресло. Эдик вытащил из багажника огромную переноску, потом отодрал от коврика кота и соединил их вместе.

– Неси мальчика аккуратно. А я прихвачу всё остальное.

Остальным был десятикилограммовый пакет наполнителя, такой же баул сухого корма, лоток, когтеточка, миски и корзинка для сна. Я лихорадочно соображала, хватит ли у меня денег, чтобы заплатить за всё это великолепие.

Лифт не работал. Пришлось тащиться пешком. Вспомнив, как выглядит моя квартира, я покраснела.

– Ты это… не обращай внимания на мой беспорядок. Кошмарик обдирает обои, грызёт обувь, разбрасывает вещи. В общем, сам всё увидишь.

Когда, сгибаясь под тяжестью Василия, я остановилась у двери квартиры, нехорошие предчувствия вернулись. Мало того, они превратились в липкий страх. А что бы почувствовали Вы, обнаружив, что добротная дверь сейфового типа оказалась открытой? Я точно помнила, что заперла её, когда уходила на работу.

Даже дёрнула за ручку пять раз, для успокоения. Что же случилось? Тихо проскользнув в прихожую, я выронила клетку с котом. Эдик протиснулся следом и присвистнул.

– Вот это котик! Он даже кресла у тебя переворачивает?

Перешагнув через сваленную вешалку, я вошла в зал. Всё, что можно было перевернуть, было перевёрнуто, то, что разбросать ? разбросано, а остальное рассыпано.

– Это не кот. Меня хотели ограбить.

Эдик внимательно осмотрел замок и прошёлся по квартире.

– Ты хранишь в доме что-то ценное?

Ничего ценного я не хранила. У меня не было ни золота, ни бриллиантов, ни валюты. Пять тысяч рублей, отложенных на оплату коммунальных услуг, всё так же лежали на видном месте. Я осмотрелась ещё раз.

– Компьютер пропал. Старый, нерабочий. Давно хотела выбросить, всё руки не доходили.

Эдик усмехнулся.

– Хорошие нынче воры пошли. Мусор забрали, а деньги не тронули.

Я с трудом подняла кресло и уселась в позе мыслителя.

Кот, получив свободу, с укором посмотрел в мою сторону. «Уже на сутки оставить нельзя. Такую грязь развезла, а ещё мне замечания делала!» Не получив ответа, он подбежал к аквариуму и дотянулся лапой до центральной точки. Марфа прижалась к стеклу, округлила глаза и, шустро работая плавниками, кинулась под коралл. Очутившись в безопасности, скалярия ехидно улыбнулась и послала Ваське стайку воздушных поцелуев в виде мелких пузырьков.