Синдром зверя

Никогда не видела таких ярких снов. Раймона пробралась в моё подсознание и принялась трясти перед носом указательным пальцем с длинным нарощенным когтем.

– Ищи Василия! Жизни без него тебе не будет! И лучше выпей ещё, для храбрости.

Я проснулась и вздрогнула. Одиннадцать вечера. Видимо, папа ошибся. Ферменты, расщепляющие алкоголь, в моём организме присутствовали. Во всяком случае, мышечная координация и ясность ума частично вернулись, а вместе с ними и непроходимая тоска. Раймона права. Нужно выпить ещё!

Я натянула куртку и спустилась на лифте.

Круглосуточный находился как раз за углом. Правда, спиртное там уже не продавали, но, если хорошо попросить Татьяну, работавшую там по ночам, выдать бутылочку, а чек пробить завтра…

Четверть часа я пыталась найти магазин. Район, чёрт его подери, новый, с совершенно одинаковыми домами. И, то ли водка сбила мои прицелы, то ли появившаяся дорожка мимо сданной вчера девятиэтажки повлекла меня в другую сторону… В общем, я проплутала по полутёмным закоулкам и споткнулась-таки у заветной двери.

Татьяна бросила единственного посетителя и кинулась ко мне.

– Аль, ты что, напилась?

Я икнула и покраснела.

– Сейчас запру тут всё и домой тебя отведу. Эй, мужчина, да выбирайте Вы скорее свой хлеб. Он весь одинаково жёсткий. Шевелитесь. Не видите, девушке плохо?

Пожилой посетитель схватил первую же буханку, кинул деньги на прилавок и поспешно удалился.

– Тань! Дай водки. Деньги завтра занесу.

Соседка вернулась за прилавок и протянула бутыль.

– Бери! Я же всё понимаю. Камеры всё равно пока не работают. Только из квартиры ни ногой. Хочешь, я тебя провожу?

Я отрицательно покачала головой.

– Доберусь. Спасибо.

Медленно и печально я поплелась обратно. Знакомая дорожка оказалась перекопанной. Мало того, на ней валялся строительный мусор и куски арматур. Нужно идти в обход. Я же как-то попала сюда без травм? Сделав небольшой крюк, я остановилась и протёрла глаза. Мать твою!

Прижав бутылку к груди, раскачиваясь из стороны в сторону, я стояла перед новостройкой и тихонечко скулила от избытка чувств, веря и не веря.

С подоконника ярко освещённого окна первого этажа на меня смотрел Василий, живой и здоровый. Сладко зевнув, он потянулся и спрыгнул на пол нового жилья, оставив меня в замешательстве. Нет. Я не могла ошибиться. Мой пушистый жирдяй являлся уникальным экземпляром. Да и изумрудный ошейник от блох, который я повесила парню исключительно ради красоты, помнила прекрасно.