Синдром зверя

Где я? Незнакомая комната, странная постель… Я голая, а рядом мирно посапывает незнакомый мужик. Схватившись за гудящую голову, я всё вспомнила. Страшная мысль, обогнав остальные, дошла до сознания. Почему я нагишом? Где халат? Что за мужик?

Осторожно потянув за край одеяла, я обмоталась им, устроившись как гусеничка в коконе, и замерла. Мужчина тоже был голый, то есть без одежды. Он лежал ко мне спиной, и я могла рассмотреть все линии его тела. Огромный, мускулистый, не по сезону загорелый, с непонятной татуировкой на правом плече.

Я немного наклонилась, чтобы рассмотреть её получше. Странный мутант с головой льва, телом пантеры и хвостом змеи скалил огромные зубы. Что бы это значило? Решив потом спросить у Раймоны, которая знала всё, я начала тихонько отползать, чтобы не разбудить спящего титана. Спасительный край был уже близок, я легко соскользнула на пол и услышала душераздирающий рёв:

– Мя-а-а-у!

Кот дёрнулся, вырвал из-под моих ног покалеченный хвост, забился в угол и зашипел.

Я в ужасе оглянулась. Гигант перевернулся на спину, потянулся и прикрыл рукой… нет, не мужское достоинство внушительных размеров, гордо возвышавшееся над светлыми кудряшками внизу живота, а глаза от яркого солнца, светившего в окно.

– Который час?

Я просто открыла рот от удивления. И это всё, что его интересовало? Я посмотрела на огромные электронные часы над дверью.

– Семь.

Эдик встал, отвернулся и принялся натягивать на себя джинсы. Мужское достоинство никак не хотело утрамбовываться в узкое пространство.

Кое-как справившись, Эдик уставился на меня.

– Я первый в душ. Ты следующая. Потом завтрак и разбегаемся.

Он вышел, оставив дверь открытой. Выждав несколько минут, я прокралась в коридор. Ванная комната уже была свободной. Хозяин варил на кухне кофе и болтал по телефону, теперь на немецком. Я решила не мыться. Мои вещи всё так же лежали на тумбочке. Одевшись, я вошла в просторную кухню и села на высокий стул. Эдик отложил сотовый в сторону.

– Что ест твой кот?

– Всё.

– Так уж и всё?

Я принялась загибать пальцы:

– Мясо, рыбу, овощи, фрукты, зелень, хлеб…

– Понятно. Сделала из бедняги жирного поросёнка.

Поросёнок тут же материализовался под столом и посмотрел на Эдика с невероятной тоской. Эдик поставил на пол тарелку с мелко нарезанной ветчиной, сыром и блюдце с водой.

– Он совсем не жирный. Это мышцы, пресс.

На столе появилось блюдо с бутербродами и кофейная турка.