Убийство в Кембридже

Вдруг я не смогу ответить на его вопрос, и он сочтет меня скучной или глупой?

– Поцелуй меня, – сказал Оливер. – Только в губы, иначе не считается.

– Что? Это низко! – воскликнула Агнес.

Энтони с беспокойством посмотрел на меня:

– Ты не обязана его целовать.

– Протестую, Ваша честь! – вмешался Питер. – «Клуб» не делает исключений. Софи должна исполнить желание или навсегда лишится членства.

Я медленно встала. Оливер тоже. Мы шагнули друг к другу, стараясь не наступить на пустые тарелки.

Энтони предпринял последнюю попытку спасти меня от меня самой:

– Оливер, придумай другое желание!

– Ты ведь это несерьезно, Олли? – сердито проговорила Агнес.

Его пальцы коснулись моей щеки. Я невольно раскрыла губы и, кажется, забыла, что нужно дышать. Его губы оказались горячими. Я ощутила жар его тела сквозь рубашку и в этот момент поняла, почему девушки отдаются мужчинам, теряя свою репутацию вместе с невинностью.

– С меня хватит! – возмутилась Агнес.

Она порывисто встала и направилась к двери. Оливер наконец отпустил меня.

– Это всего лишь игра, – сказал он, оборачиваясь к подруге.

На глазах блондинки выступили слезы.

– Для тебя всё – игра! Я думала, война тебя изменила. Но я ошиблась. Ты остался ребенком и, очевидно, никогда не повзрослеешь!

Агнес резко развернулась и вышла в коридор. Энтони тихо кашлянул за моей спиной.

– Думаю, нам пора, – он поднялся на ноги, бросив многозначительный взгляд на Оливера, накинул мне на плечи редингот и попрощался с Питером и Джулией.

Весь путь до резиденции доктора Уэйда мы молчали и старались не смотреть друг на друга.

Глава 6

После той вечеринки Энтони долго не показывался мне на глаза. Вероятно, он испытывал чувство вины за то, что познакомил меня с Оливером, или не желал становиться посредником между нами: он знал, что его друг мне не пара, и надеялся оградить меня от него, временно устранившись из моей жизни.

Вот только я чувствовала, что наша близость неизбежна. Я хотела этого, хоть и не до конца понимала природу своего желания. Каждый вечер я серьезно обдумывала перспективу улизнуть из дома, явиться к Оливеру – и будь что будет. Но меня останавливала мысль, что он может меня отвергнуть, а еще хуже – пожалеть.

Maman слегка ослабила надзор, и я стала чаще гулять по угодьям колледжа и вдоль реки в часы дневного отдыха студентов.