Убить зверя

Сегодня я искренне радовалась, что в его обязанности входило следовать за мной по пятам.

Славик завёл мотор и прошёлся хищным взглядом по моим коленкам, торчавшим из-под подола коротенького вечернего платья, которое мне приказала надеть мать.

– Сначала в клуб. Хочу тебя немного расслабить, детка.

Я пожала плечами. Может, стоило напиться? Тогда жених точно не потащит меня в театр, а отвезёт домой. Пусть папа увидит, кому доверил единственную дочь.

В клубе царил полумрак. Со вчерашнего вечера тут ничего не изменилось.

Улыбчивые официанты, мягкая музыка. Я величественно поднялась на второй этаж и уселась на тот же диванчик. Славик притормозил у барной стойки. Не знаю, чем он решил меня поразить, но коктейли парень создавал сам. Я наблюдала с балкончика, как он чётко отмерял ингредиенты и профессионально смешивал их в шейкере. Поставив два высокого бокала на поднос, павлин поднялся в вип-зону и один протянул мне.

– Пробуй. Тебе понравится.

Я пожала плечами и сделала маленький глоток.

Да, вкус казался очень необычным, довольно приятным. Ещё глоток и ещё… Я почувствовала, как широкая потная ладонь поползла под подол моего платья, и попыталась вскочить, но ноги не слушались. Стакан выпал на пол, оставляя на светлой плитке ядовитое зелёное пятно. Последнее, что я увидела, было ухмыляющееся лицо парня.

Глава 4

Голова болела, просто раскалывалась, но эта боль меркла с той, которая терзала моё тело. Я приподнялась на локтях и обнаружила, что лежу на кровати в незнакомой комнате.

На запястьях проступили широкие красные полосы. Я поняла, откуда они взялись, повернув голову в сторону металлической спинки, где до сих пор болтались два кожаных ремня. Один, такой же, свисал с другой стороны, у ног. Я пошевелилась. Правая щиколотка оказалась пристёгнутой к изножью. Я нагнулась, чтобы освободить занемевшую конечность, и тут острая боль в животе пронзила меня, заставив громко вскрикнуть. Стянув покрывало, я чуть не потеряла сознания. Я лежала в огромной луже собственной крови и была полностью вымазана ей. Живот, бёдра, даже грудь. Откинувшись на подушку, я попыталась выровнять дыхание. Нет, этого не могло произойти со мной. Только не со мной. Я глотала слёзы, боясь захлебнуться. Одежды нигде не было. Впрочем, если бы она даже висела рядом, я вряд ли смогла одеться самостоятельно. За дверью послышались шаги. Я с трудом перевернулась на живот и претворилась спящей. Ремешок всё ещё впивался в щиколотку, но страх пересилил боль.