Только любовь

Он достал масло, чтобы втереть его в кожу воина, но потом передумал.

– Тебе это не пригодиться. Пойдём.

Трибуны ликовали. В центре импровизированной арены появился огромный мужчина, одетый в кожаные штаны. Альберт догадался, что этот человек-гора и был хозяином острова. Груда мышц вздувалась под смуглой кожей, обильно смазанной маслом, а от его приветственных криков содрогались хлипкие помосты. Воин улыбался, давая понять, что, несмотря на свой устрашающий вид, калечить сегодня никого не собирается.

Это немного успокоило и ободрило Альберта.

– Итак! Кто первый?

Риз толкнул англичанина с такой силой, что тот вылетел из толпы чуть ли не в самый центр арены.

– Маккдаун из Кэхтилтона. Начали!

Альберт попятился к краю площадки, чтобы освободить место для разбега. Он горько улыбнулся. Вот если бы тут была его невестка, она уж точно смогла вымотать этого великана. А у него шансов практически нет. Вдохнув побольше воздуха, Альберт что есть сил кинулся на Тора. Ему показалось, что король островов даже не пошевелился, только выставил вперёд руку со здоровенным кулаком.

Ройс мчался навстречу этому кулаку, пока не услышал хруст собственной челюсти, и тьма не поглотила его.

В хижине было светло и чисто, пахло полынью и бергамотом. На губах остался пряный вкус вина со специями. Альберт пощупал челюсть. Кажется, она была цела, хотя сильно ныла. Внезапно перед ним возникло лицо девушки. Он не мог сказать, хороша ли она. Кожу от подбородка до лба покрывал толстый слой грязи.

Вот только глаза, огромные зелёные глаза сияли, как драгоценные камни. От них было невозможно оторваться. «Вот ты какая, колдунья!» – подумал Ройс. Тонкие пальчики нежно коснулись его щеки, вызывая приятное покалывание. Руки у девушки были нежными и чистыми, в отличие от лица, а ногти идеально ухоженными.

– Синяк будет, но челюсть цела. – Она улыбнулась, обнажив белые ровные зубки, а на щеках под слоем грязи появились милые ямочки.

Дыхание девушки было лёгким и свежим, как ветерок в весеннее утро, а голос мягким и обволакивающим.

От неё пахло луговыми травами и мёдом, и этот запах кружил парню голову. Альберт согласился бы провести в этой лачуге всю жизнь рядом с этой девочкой. Идиллию нарушил Риз. Он появился, как всегда, не вовремя, загородив собой оконный проём.

– Хватит валяться! Пора дела делать.

Альберт приподнялся на локтях, чувствуя, что слабое головокружение ещё продолжается.