Гипнотизер. Реальность невозможного. Остросюжетный научно-фантастический роман-альманах из 6 историй

Пожимая руку Ромашову, пообещал следить за девушкой в оба глаза, чтобы не случилось рецидива.

– Марии требуется занятие по душе. Пусть собирает легенды, ездит по деревням, как раньше, у нее это неплохо получалось. Возьми мою визитку, и если понадобится что-то, звоните, не стесняйтесь.

– Маша не станет тебя затруднять звонками, хотя… ты парень видный и проявил к ней доброту, чего она давно от людей не ждала. Может, задержишься у нас?

– Нет, не могу.

– Жаль. Ты ей понравился, это и слепому очевидно.

Фельдшер оглянулся на девушку, которая искоса нет-нет да и поглядывала в сторону стоявших за печкой мужчин.

Слышать они их не могла, но молодая кровь начинала брать свое, девушка смотрела на своего избавителя со все возрастающим обожанием, в которое перерастала признательность. Стоило Евгению перехватить ее взгляд, она мгновенно смущалась и краснела.

Ромашов, конечно, понимал, что клин лучше всего вышибать клином, а сердечные раны залечивать новым чувством. Однако в эти иры он играть не желал.

Пока его профессиональное внимание не приняли за личный интерес, ему следовало немедленно уезжать из Уянги.

– Роберт, мое дело здесь окончено. Забот и без того выше крыши.

– Ну, как скажешь, – Фишер-Запрудный, чтобы развеять внезапную неловкость, обратился к другой весьма волнующей его теме: – Это ж как ты всех развел-то! Они несколько лет тебя вспоминать будут.

– Это все твоя самогонка, – честно признался Ромашов. – Без нее ни на что подобное я не подписался бы.

Фельдшер сдержанно хохотнул:

– И все же, раскрой секрет, как ты это делал? Соню, к примеру, как загипнотизировал? Ты ж просто посмотрел на нее, шепнул пару слов – и она поплелась за тобой, как привязанная.

– Я использовал парадоксальную логику, чтобы ввести ее в транс. Сказал то, что потребовало от нее умственного усилия и отключило сознание. Помнишь, как у Булгакова? «Аннушка уже купила подсолнечное масло и не только купила, но даже разлила его, так что заседание не состоится». Человек от подобного впадает в ступор, старается осмыслить.

И если ему сделать в этот миг какое-то внушение, он подчинится.

– Невероятно!

– Прием из арсенала нейролингвистического программирования. Кстати, ваш Дмитрий Савельич на горизонте не нарисовался?

– Нет, зато с коммунарами я договорился, – сказал Фишер-Запрудный. – И коли ты не намерен у нас еще немного погостить…

– Роберт, не начинай!

– Да я что? Жаль, что ты так быстро удочки сматываешь, ну, да твое дело.