Гипнотизер. Реальность невозможного. Остросюжетный научно-фантастический роман-альманах из 6 историй

Потом они все-таки пили кофе на маленькой уютной кухне с умильными занавесками в мелких горошек, и Катя опять вернулась к разговору о том, что с ним происходит. Вернулась, на взгляд Евгения, не в той плоскости.

– Так какие выводы ты можешь сделать из событий последних дней? – спросила она. – Не желаешь, к примеру, остепениться? Это кардинально меняет жизнь.

– Остепениться? Кандидатскую я защитил в прошлом году, – откликнулся Евгений шутливо.

– Ты уходишь от ответа, и значит, тема тебе неприятна.

А между тем, время бежит. Не успеешь оглянуться, а лучшая половина жизни уже позади.

– Считаю, я многого достиг.

– А дети? – перебила она нетерпеливо. – Жена, уют, любовь?

– Сентиментальная чушь, – Ромашов аккуратно поставил кофейную чашечку на блюдце, хотя очень хотелось звякнуть ею и тем самым положить конец дурацкому психоанализу.

– Мистические совпадения, амулеты и все эти трагические случайности разве не доказывают, что в глубине души ты сентиментален и раним?

– Я не готов к постоянным отношениям.

– Ты говоришь, словно тебе не знакомо чувство ответственности, но это не так. Взять нас с тобой: мы как раз и являем собой иллюстрацию, насколько ты привержен привычкам. Постоянство это твоя вторая натура.

– Извини, но ты и наши отношения это исключение из правил.

– То есть, тебе хорошо и так, не будем портить сложившуюся картину мироздания?

– Ты знаешь меня лучше всех, – он улыбнулся ей, в надежде, что предельная откровенность заставит свернуть ее с выбранного курса.

 – Я эгоист. И чем дальше, тем мне сложней перестраивать сложившийся уклад под чужие привычки. Притираться лучше всего получается в юности, а сейчас уже поздно.

– Ты не встретил свой идеал.

– Идеальных людей не бывает, – он развел руками. – Из всех, кого я знал, ты наиболее к нему близка. Однако, когда я предложил тебе съехаться, ты мне отказала, так что давай не будем ворошить горькое прошлое.

– Это было сто лет назад! Мы были желторотыми студентами.

– Ты и сейчас выглядишь, как та студентка. В смысле внешности. Ни капли не изменилась.

– Но я изменилась ментально, – в ее интонациях проскользнуло напряжение. – Разве ты не заметил?

Евгений мысленно вздохнул. Вечер грозил быть испорченным.

– Кажется, я сказал что-то не то, дорогая. Ты обиделась.

– Нет.

– Ты обиделась. Прости. Как мне загладить вину? – он накрыл ее руку своей.