Цветные Стаи

Итак, я распихал все необходимое по потайным карманам, обмотал руки и ноги дополнительными кусками ткани, чтобы никакие рыбы не прокусили, и отправился к берегу.

Когда я погружался в воду, меня посетило знакомое чувство. Именно его я испытал, когда в последний раз переступал порог материнского дома под конвоем стражи: тогда я точно знал, что больше не вернусь к прежней жизни. Только сейчас, как ни странно, я не боялся застрять на тех островах. Гораздо хуже любого заключения было то, что я могу опоздать к началу восстания, не смогу быть с близкими мне людьми в такой ответственный момент.

Однако, мои желания тут не играли никакой роли: теперь я точно знал, что должен был быть там, а не здесь.

Все острова Огузка располагались по кругу, ближе всех к Остову был красный остров, а дальше всех – синий и фиолетовый. Их даже нельзя было увидеть: то ли из-за тумана, то ли потому, что они были по-настоящему далеко.

Они не появились даже спустя пятнадцать минут, когда я здорово отдалился от острова голубых. Мне это сильно не нравилось, ведь если я не увижу их до того, как потеряю из вида остров голубых, я могу потеряться. Плавать в открытом океане без ориентиров – гиблое дело.

Однако вскоре я убедился, что потеряться мне не грозит: вдалеке показалась лодка стражи. Они тоже меня заметили, я услышал, как один из них велел гребцу плыть в мою сторону.

Я нырнул на хорошую глубину и поплыл вперед, навстречу стражникам. К тому времени я уже научился плавать с открытыми глазами, потому ориентироваться под водой мне было не так сложно, как раньше.

Когда мне приспичило вдохнуть, уже я следил за лодкой, а не она за мной. Покачивающаяся на волнах скорлупка была достаточно далеко, чтобы я мог аккуратно всплыть и сделать необходимый глоток воздуха.

Однако только я приблизился к поверхности, откуда не возьмись в меня прилетел гарпун! Сначала я даже не понял, что произошло: резкое жжение на левом предплечье было похоже скорее на внезапную чесотку, чем на ранение.

Естественно, я тут же нырнул на глубину и, только оказавшись в безопасности, позволил себе взглянуть наверх.