Мертвая вода. Смерть в театре «Дельфин»

древняя мудрость… бегущая вода…

Она, видимо, приближалась к финалу истории, но ничего не было слышно, пока она резко не повернулась к микрофону, и репродукторы проревели:

– Все пропало!

Эти слова раскатились от вершины к подножию холма, звуча на редкость безрадостно: «…все пропало… все пропало». Мисс Кост кланялась, сияя непередаваемой улыбкой. Она добавила что-то еще, совершенно не различимое, и, бросив лукавый взгляд на аудиторию, повернулась к Уолли. Однако тот исчез. Не сразу удалось извлечь его из задних рядов хора, где он умудрился присесть над какой-то протокой ручья.

Мисс Кост вывела его вперед, с подолом мантии, заляпанным зеленой тиной. К несчастью, вместо того, чтобы поставить мальчика перед микрофоном, она наконец оказалась перед ним сама.

– Ну же, Уолли, ну же, – проревели громкоговорители. – «Однажды летним жарким днем…» Давай, милый.

Поначалу в декламации Уолли почти не было пробелов, но только потому, что мисс Кост постоянно ему подсказывала – делая это, непреднамеренно, в самый микрофон.

– Поменяйтесь! – прошипели репродукторы. – Встань сюда, глупый мальчишка!

Мэр тут же понял свою ошибку и ретировался.

– О боже! – на весь остров воскликнула мисс Кост и наконец встала как надо.

– Слава тебе, Господи, дошло! – фыркнув, довольно громко сказал майор Бэрримор.

Мисс Кост, явно услышав, бросила на него гневный взгляд.

– «Не пужайся, молвит Дама», – продолжал Уолли.

– Меня коробит, – пожаловалась Дженни.

– Тихо, не перебивай. Вот черт! – пробормотал Патрик. – Что он сказал?

– Да ну тебя.

Миссис Карстерс обернулась и осуждающе покачала головой. Оба закатили глаза в притворной агонии. Уолли тем временем как-то вдруг закончил свое выступление и отошел в сторону. Аудитория с облегчением разразилась длительными аплодисментами, только мисс Эмили осталась неподвижна.

Сопровождаемый неуверенными звуками оркестра, вступил хор. Уолли, вновь выдернутый на передний план, присел у водного каскада и, обведя зрителей радостным взглядом, подставил руки под струи.

– Невыразимо идиотское представление, – проговорил Патрик.

– Смотри! Смотри!

Из-за валуна над источником появилась крупная девушка в зеленом марлевом наряде. Ее светлым волосам постарались придать наилучший вид, голову венчала блестящая звезда. С левой ладони ниспадала длинная нить из переливчатых бусин, очевидно, символизирующая целительную воду.