История о принцессе из Подлунного Королевства. Книга 1

Придворный маг, доверенный слуга того короля, объявил второго близнеца дурным знамением для королевской династии и велел уничтожить его. Младенцем Эдвина отдали колдуну, рассчитывая, что тот сам выполнит свое жуткое наставление.

В то время, пока Томас рос со всеми привилегиями наследника, Эдвин, которого считали мертвым, оставался игрушкой грезившего магией крови безумца. Эдвин был нужен ему для бесконечных испытаний и в качестве слуги. Однажды в пылу ссоры колдун рассказал ему о его происхождении, и с тех пор тот вынашивал план мести.

Овладев искусством темной магии, Эдвин одолел старого колдуна и обрушился на королевство, пощадив из всей династии лишь Томаса.

– Но зачем ему Одри? Чего он хочет? Власти, денег? – спрашивал отец.

– Боюсь, ему нужно все то, чего хочу я, – признался Томас. – Его силы столь огромны, что ради мести мне он готов разрушать судьбы и государства. Для него все это игра, в которой он не может проиграть.

– Что ж, это мы еще посмотрим, – отец нахмурился. – Что тебе известно о его слабостях?

– Боюсь, их нет, – признался Томас, но почему-то после своих слов он украдкой посмотрел на меня.

Когда совет был окончен, и мне разрешили уйти, Томас последовал за мной.

– Одри, могу я поговорить с тобой наедине?

Я задумалась: мисс Энке должно быть стоит начеку возле моей комнаты, ждет, когда сможет утешить меня после случившегося. Повсюду во дворце меня ждут расспросы и сочувствия, от которых уже тошно.

Но одно место все-таки было.

– Идем!

Я поманила его в комнату Нэны.

– Так-так, юная леди, я смотрю, вы неверно истолковали мое гостеприимство, – проворчала она, поднимаясь с кровати.

– Пожалуйста, Нэна! Во дворце всюду глаза и уши, – взмолилась я. – Разреши нам поговорить у тебя.

– К черту, – она усмехнулась, накидывая халат поверх ночной рубахи. Перед уходом она погрозила пальцем перед носом Томаса. – Помните о проклятье колдуна, молодой человек! Надеюсь на ваше благоразумие.

– Я не знаю, кому еще могу довериться, кроме тебя, – признался Томас, когда мы остались одни.

– Я слушаю, – я посмотрела на него.

Вздохнув, собираясь с мыслями, Томас заговорил.

– Мне жаль, что ненависть Эдвина ко мне привела к тому, что страдаешь и ты, и твоя семья, – признался он. – Но он не тот человек, которого стоит бояться кому-то, кроме меня. Жестокость ему не свойственна.