Последний занавес

 – Нам там вдвоем будет удобно, да и на дровах сэкономим.

– Ну, это вообще самое лучшее, – в один голос сказали Полин и Миллимент.

– Миссис Аллейн, – громко сказала Фенелла, – я иду переодеться. Хотите посмотреть свою комнату?

– Спасибо. – Трой постаралась не выказать радости. – Спасибо, с удовольствием.

IV

Поднявшись по лестнице и пройдя за Фенеллой, ни разу за все это время не открывшей рта, через бесконечную галерею и два длинных коридора, а затем взобравшись по крутой винтовой лестнице, Трой очутилась перед дверью, на которой висела деревянная табличка с названием «Сиддонс».

Фенелла открыла дверь, и Трой сразу порадовали языки пламени, отражение которых трепетало на белой стене. Бледно-розовые занавески с небольшими гирляндами, овечья шкура на полу, низкая кровать. Над умывальником, естественно, портрет миссис Сиддонс. Мольберт, краски и все остальное, что привезла с собой Трой, было свалено в углу.

– Славная комнатка, – сказала Трой.

– Рада, что вам понравилось, – сдавленным голосом сказала Фенелла.

Трой с удивлением обнаружила, что она едва сдерживает ярость. – Извините, – Фенелла даже запнулась, – извините за весь этот зверинец.

– Да ну, о чем тут говорить.

– Они что, не понимают, как им повезло с вами! Не понимают, что им повезло, даже если бы вы решили изобразить дедушку стоящим на голове с чесноком, растущим из подошв ботинок. Нет, что за наглость! Даже этому жуткому типу Седрику стыдно стало.

– Да бросьте вы, – отмахнулась Трой. – Все нормально.

Вы и представления не имеете, какие фокусы выкидывают люди, когда речь заходит о портретах.

– Ненавижу! А видели, как они когти выпустили, когда услышали, что мама приезжает? Нет, я действительно считаю, что старухи – это настоящие вонючки. А эта сучка Соня? Лежит, понимаешь, и упивается всем происходящим. Как они могут, у нее на глазах?! Нам с Полом было так совестно.

Фенелла пристукнула каблуком, опустилась на колени перед камином и залилась слезами.

– Извините, – всхлипывала она, – я еще хуже остальных, но меня уже просто тошнит от всего этого.

Напрасно я приехала в Анкретон. Ненавижу Анкретон. Знали бы, что это такое.

– Слушайте, – мягко заметила Трой, – вы уверены, что хотите говорить на эту тему именно со мной?

– Я знаю, это ужасно, но ничего не могу с собой поделать. Вот что бы вы ощутили, если бы ваш дед привел домой какую-нибудь гнусную блондинку? А? Что бы сказали на это?

Перед глазами Трой мелькнул ее дед, ныне покойный.