Старые девы в опасности. Снести ему голову!

Мой дорогой Дюпон, – сказал Аллейн, – я был удивительно туп. Видимо, эта дама пыталась предупредить меня об активности наркодельцов в Пэйиду.

– Но я полагала, – возразила Трой, – что по всем признакам именно она украла Рики. Разве цветы не были предлогом, чтобы зайти в наш номер, пока я обедала? А записку об отъезде разве не написали для отвода глаз? Все указывает на то, что она входит в банду, разве не так? Она знала, что мы приезжаем. Если она хотела рассказать о наркобизнесе, то почему уехала?

– И в самом деле, почему? Этого-то мы и не знаем.

– Рори, – взмолилась Трой, – я не хочу показаться стервой, но… Нет, лучше промолчу.

– Я скажу за тебя. Почему мы, черт побери, вместо того чтобы заняться Рики, сидим тут и сплетничаем о мисс Гарбель?

– Но, дорогая миссис Аллейн, – воскликнул Дюпон, – мы занимаемся Рики! Однако, – продолжал он, к счастью, приняв истерический смешок, вырвавшийся у Трой, за страдальческий всхлип, – лишь собрав воедино все факты, мы сможем прийти к разумному решению.

Кроме того, если бандиты имитируют предыдущее похищение, то вскоре нам подбросят записку, и очень важно находиться здесь, когда ее подбросят. Тем временем все меры предосторожности приняты. Все до единой!

– Я знаю, – сказала Трой. – Прошу прощения, я погорячилась.

– Ведь ты захватила с собой последнее письмо мисс Гарбель, дорогая. Давай-ка взглянем на него.

– Сейчас принесу.

Трой была не слишком склонна к порядку. Ей пришлось перевернуть вверх дном свои чемодан и сумочку, прежде чем она отыскала письмо мисс Гарбель.

С взволнованным видом она протянула его Аллейну. Письмо изрядно помялось, и Аллейн расправил его на ручке кресла.

– Итак, – произнес он и принялся читать вслух:

«Моя дорогая Агата Трой!

Надеюсь, вы получили мое предыдущее письмо от 17 декабря прошлого года, и в очень недалеком будущем я буду иметь удовольствие читать ваш ответ! Дела мои идут по-прежнему. Нередко выезжаю поразвлечься, большей частью в местность, лежащую к западу от Роквиля.

Местность эта называется Пэйиду, что в буквальном переводе означает «страна неги», хотя при ближайшем знакомстве с некоторыми ее обитателями возникает желание переименовать ее в «страну дури»!!! (Прошу прощения за такое отступление, а также за плоскую и вульгарную шутку, но игра словами – моя слабость.)

– Позор на мою голову! – воскликнул Аллейн. – Прямо под нашим носом! «Страна дури», «дурь» – наркотики. «Страна наркотиков».