Сельский Декамерон

Плясали в зале, коридоре и в ограде. Когда после танцев утомились и сели за стол, Тимофей провозгласил:

– Ну, раз мы из-за ковида этого проклятого никуда в гости не пойдём, то предлагаю идею. Все пять дней, что мы здесь будем гостить, начиная с завтрашнего, собираться в восемь – девять часов вечера  и рассказывать разные истории из жизни по очереди. Мама что-нибудь из давнишней жизни поведает нам, остальные – кто что помнит. Предложение все одобрили.

День первый

Мужчины колют дрова

Днём, когда все выспались, то поели без Олеси.

Та топила баню. Валерий предложил:

– У меня не все дровишки для бани расколоты. Можно размяться. Как на это смотришь, профессор?

– Пока ещё доцент, – усмехнулся Пётр, – согласен!

Мужчины вышли и занялись работой. Тимофей, жахнув в очередной раз, развалил толстое полено и процитировал:

Любить – это значит, в глубь двора

Вбежать и до ночи грачьей

Блестя топором, рубить дрова,

Силой своей играючи!

– Пушкин? – спросил Валерий.

– Маяковский, – укоризненно поправил шурин.

– Ну я же не учитель, как ты и твоя сеструха, – оправдался Валерий.

Они дружно захохотали.

После того, когда все по очереди помылись и попарились в баньке, отметили первый день Нового года, побеседовали, посмотрели телевизор. После ужина, как условились, взялись рассказывать истории всякие, бывальщины. Первой начала бабушка.

История первая

Венчание и Рахиль

Было это в начале прошлого века. В селе Родники жила семья Ерофеевых. Старший сын женатый.

Пришёл черёд младшему сыну Алексею заводить семью. В их селе подходящей девки для него не было. Так думал отец – Иван. Жили Ерофеевы зажиточно. Стало быть, и невесту надо из крепкого семейства.

Ездил отец в гости к родственникам в деревню Спасову. Поспрашивал у них, и ему указали на семью Пригоновых. У тех три дочери имеются. Живут, мол, хорошо. Два коня есть, телеги, разный сельхозинвентарь, три коровы, кур полно. Вся семья работящая. Тоже два сына, один ещё неженатый. Всё, решено. Собрались Иван с Алёшей и сватами, поехали.

У Пригоновых их встречают родители. Уважительно поговорили, потом дочерей показали. По очереди выходили они из своей комнаты в горницу. Марья, Маня и Луша. 24, 19 и 17 лет. У всех по толстой косе ниже пояса. Имена тогда давали согласно святцам. Потому и получилось так, объяснили родители: первую дочь нарекли Марьей, вторую – Марией.

Старшая резковатыми чертами лица, тяжёлым подбородком и чёрными волосами походила на отца.