Резонанс единства

Бородач оказался тяжелым и неудобным. Разуто огляделся. Вторая Центральная была пуста.

– Да что же это за… Ты, припадочный! Что с тобой?!

Ему удалось немного повернуть голову лежащего. По бледной бородатой роже понять, живой он или нет, было решительно невозможно. Видимый глаз Тантамира закатился, что почему-то снова придало его лицу угрожающее выражение. Редактор хотел пощупать пульс, но лезть под бороду не хотелось.

– Сволочь! – выругался редактор, аккуратно положил голову назад и направился в клуб.

* * *

– Тварь философствующая, – негодовал Разуто, стремительно пересекая вестибюль.

 – Не мог сожрать свой анализ, когда я уйду! Бруно, вызывай скорую! И позови кого-нибудь, этого придурка нужно занести.

– Кого? Что случилось?

– Зови официантов, он весит как слон!

– Вы в порядке, господин ре…

– Бруно, потом! Зови людей!

Недоумевающий Бруно вышел из-за стойки и, призывно махая рукой, отправился в глубь большого зала. Разуто огляделся, заметил за угловым столиком Вазольвата и Шокулей и направился к ним.

Это было ошибкой. Вазольват сосредоточенно икал, в такт стуча рюмкой по столу. Братья ещё сумели сфокусироваться и поднять на редактора осоловевшие взгляды. Но затем они судорожно задергались, изображая радость узнавания, и редактор понял, что на помощь этой компании рассчитывать бесполезно.

Через несколько минут Разуто все-таки собрал «команду спасения» и, не отвечая на вопросы, повёл их на крыльцо. Он распахнул входную дверь и проглотил приготовленное распоряжение.

Крыльцо было пустым.

– Господин редактор? – тихо спросил Бруно. – Кого нести?

Из-за плеча бармена вытягивали головы официанты.

– Вот гад, – прошипел редактор. – Уполз.

Давненько Разуто не был в такой дурацкой ситуации. Даже не припомнить когда. Он негодующе покачал головой и повернулся к остальным.

– Все, расходимся, – как можно твёрже произнес он. – Посетителю стало плохо, но, видимо, оклемался.

Официанты зашумели и потянулись назад. Бруно остался.

Разуто вышел на крыльцо и огляделся.

Вторая Центральная была по-прежнему пустынна. Он опустил взгляд – надо же, даже осколки забрал. Так на них и пополз. И, нужно отметить, шустро пополз. Сколько его не было? Минуты три? Пять?

– Это тому бородатому плохо стало? – подошел к нему Бруно. – Странные они, я говорил, как только эти малопьющие появились. Люди разные, а чокнутые одинаково.

– А раньше он приходил?

– Вроде был пару раз. Я непьющих не запоминаю. Смысл?

– Разумно.