Сказки Венского леса или Король, Самозванец и Белая Книга

– Тысяча цехинов, – сказал он.

Деньги тут же высыпались на стол.

***

Вечерние сумерки опускались на город. Повсюду в окнах загорались огни. Повеяло прохладой. Уставшие люди расходились по своим домам и только наши путники быстро шли по пыльным дорогам к месту, где когда-то трибуны кричали гладиаторам аплодисметны. Теперь всё стихло за веками. Слепыми, беззубыми окнами взирало былое величие, словно взывая о прощении и милосердии. Капуцин шёл впереди и поминутно оглядывался. Когда они были уже всего лишь в паре метров от Колизея, он обернулся, и, уже полностью убедившись, что слежки нет, быстро-быстро замахал, приказывая следовать за ним.

– Ну что, капуцин, вступай в игру, – тихо прошептал Руджеро.

– Пройдём с западной стороны. Там нет стражи. Рим настолько уверен, что никто не знает об этом тайном ходе, что даже и не выставляют там охрану, мол, привлечём ещё больше внимания, – сказал Саттино.

– Веди уже давай! – подтолкнула его под локоть Нелли.

Стараясь ступать тише, все последовали за своим провожатым, и действительно, туда, куда они с трудом пробрались втайне от стражи, оказался проход.

Саттино с видом победителя подошёл к двери.

– Эй, где ключ, парень? – кивнул на него Руджеро.

С тем же победоносным видом Саттино обернулся.

– На мне! – добродушно и тихо похохотал он. И действительно, в следующий миг он снял с шеи ключ и отворил дверь. Стараясь не шуметь, все начали помогать открывать замок и вскоре он щёлкнул и проход приоткрылся настолько, что смог уже пропустить одного человека.

 – Не будем открывать более, – сказал Саттино. – Иначе этот скрип привлечёт внимание.

– Согласен, – сказал Руджеро.

Нелли без лишних слов юркнула внутрь. За ней последовали и остальные. Так же бесшумно дверь затворилась обратно. Ключ повернулся в замке с обратной стороны. Зажгли фонари. Оглядевшись по сторонам, все, увидев торопливые жесты Саттино, последовали за ним. Долгое время шли в молчании, лишь огонь потрескивал в фонарях.

Капуцин быстро вёл их через тоннель, порой разделявшийся на две, на три, а то и на шесть ветвей, но Саттино уверенно шёл вперёд, словно бы бывал здесь каждый день. Это и настораживало и восхищало одновременно. Шли долго. За прошедшие несколько часов никто не проронил ни слова, как вдруг вдалеке привидился неясный свет. Переглянулись.

– Не бойтесь, – ответил шёпотом Саттино на их многочисленные испуганные взгляды.