Никто не избегнет блаженства. Часть вторая

Вообще, семья потому и должна быть полной, дабы мир в семье был биполярным. Отец – лед, мать – пламень. Один – минус по шкале, другой – плюс. А дитя посередине, он пока еще нуль. А если оба встанут по одну сторону шкалы от нуля, то ребенок будет расти одиноким и почувствует себя неполноценным. Как если бы он шагал с ними по дороге не посередке, держа обоих за руки, а где-то сбоку, не участвуя в общем семейном разговоре, то и дело наступая на грязь да лужицы, а они бы всего этого не замечали.

В дружной семье родители подтягивают ребенка на руках, давая возможность перепорхнуть ямины, колдобины или грязевую жижу. Чадам нравится прыгать через лужи, для них это забава, они всегда смеются.

По аналогичной причине я являюсь противником усыновления чад в гомосексуальных семьях. Да, не кривите физиономии, друзья мои, – улыбнулся Многорад Многорадович, – в однополых браках присутствует тождество, а не взаимодополнение личностей.

Там нет распределения ролей, нет льда и пламени, нет диалектического противоречия между языческим и христианским началом. Люди ведут себя уж слишком одинаково и монополярно – это не нормально для всестороннего психологического развития ребенка.

Кстати, даже в обычных, традиционно ориентированных семьях, нередко случается, что дети вырастают неполноценными, коли мать является властной жесткой начальницей, которая заботится о карьере и помыкает мужем, сидящем с детьми, а не наоборот.

Вот смотрите. Если, скажем, девочку обидит какой-нибудь хулиган, ей приятно, когда отец грозит виновнику: «Я тебе руки повыдергиваю!» Ведь отец, в данном случае, вступается за честь своей маленькой принцессы. А что касается матери, то она в придачу к действиям отца может научить дочь своему чисто женскому «приемчику», хитрому способу дать сдачи – это будет их сугубо личное оружие, особый дамский секрет, не постижимый мужчинами.

А теперь представьте себе картину прямо противоположную: отец отвечает пожаловавшейся на пацана дочери: «Дай ему в глаз, не будь слабачкой!» и показывает бойцовский прием – он ее этим сразу же, автоматически, опускает с уровня принцессы до уровня отвергнутой мужчинами и запрограммированной на поражение неудачницы. А мать, как ни крути, всегда будет смотреться униженно и жалко, умоляя хулигана оставить ее девочку в покое.