Отдам фея в хорошие руки или операция «Новый год»

Вот уже на тарелках дымится горячий омлет, а кофе распространяет по кухне умопомрачительный аромат. В моей любимой чашке немного корицы, она добавляет напитку пикантности. Имбирное печенье в плетеной корзинке – истинный предвестник приближающегося праздника. И главное, что можно ведь его испечь и в другое время, но только под Новый год это лакомство приобретает лично для меня особенный вкус. Эрик молча поглощал угощение, довольно сверкая голубыми глазищами, а я задумчиво хрустела очередной фигуркой пряничного человечка.

– А как ты узнаешь, что елка накопила достаточно магии, чтобы открыть портал? – спросила его.

– Просто почувствую, – принц беззаботно пожал плечами, – да и внешне это, скорее всего, будет заметно. Помнишь, как ты увидела искорки на ветках? – кивнула в ответ. – По идее таких искорок должно стать очень много, но доподлинно мне это неизвестно. Так далеко зайти еще не удавалось.

– Может ли это произойти раньше, скажем, в ближайшие несколько дней? – продолжила допытываться я, а то ведь плакала моя поездка к Аленке.

– Абсолютно исключено, – покачал головой фей. – А почему ты спрашиваешь? – насторожился он.

– Понимаешь, в ночь с тридцать первого на первое января меня пригласила к себе подруга, и мне бы очень хотелось поехать.

– Конечно, можешь спокойно навестить свою подругу, – возможно, мне только показалось, но на самом донышке насыщенных голубых глаз мелькнула тоска.

– Поедешь со мной? – вырвалось само собой. Одно дело, когда размышляла, как поступить, и совершенно другое – спросить вот так прямо.

Белесые ресницы удивленно хлопнули, пряча от меня эмоции фейского высочества, Эрик как-то подозрительно тяжело сглотнул и сжал немаленькие такие кулаки:

– Уже пятьдесят лет никто так искренне не интересовался, чего же хочется мне, да и до перемещения сюда тоже, разве что мама.

– А моя как-то никогда особенно не интересовалась. Да, заботилась и любила по-своему, но душевной близости у меня с ней никогда не было.

Мы еще немного помолчали, погружаясь каждый в свое прошлое, но минутку меланхолии пора было уже заканчивать.

– Так ты составишь мне компанию? – спохватилась, так и не услышав ответ.

– Это честь для меня, – тепло произнес он, а у меня снова заныло в груди, да так, что я потерла ее рукой в надежде унять странную боль.