Оковы крови

Однако, они говорят о вампирах с такой серьезностью, что это уже походит на сущую правду. И они совсем не походят на сумасшедших. Что же здесь все-таки творится?!”

Рей продолжала разглядывать Клода. Это был привлекательный крепкий парень. Его мужественное лицо мягко обрамляли кудрявые рыжие волосы. Некоторые пряди выбивались из общей массы, придавая его облику частичку легкости. Одет он был в удобную, широкую одежду, что совсем не вязалось с обликом вампира из романтической драмы.

Шум утих, но едва стало совсем тихо, как тут же послышались перешептывания и шорохи.

– Итак, милые дамы, теперь вам предстоит жить здесь – в замке вампиров. Прошу вас не перебивать меня и выслушать до конца то, что я хочу вам сказать. Сразу сообщаю, что выбора у вас нет и сбежать отсюда ни у кого не получится, – голос его вдруг стал жутко ледяным. – Если все-таки попытаетесь сбежать, защитное поле вас не пропустит и вы получите наказание в виде изгнания. Не буду сейчас вдаваться в подробности, что это значит, но будьте уверены – ничего хорошего.

По спине Рей пробежал легкий холодок. Невольно ее глаза упали на оставшегося стоять в стороне вампира – Глена. Вид его выражал силу и величество, но вместе с тем и презрение ко всему роду человеческому. Было заметно, что ему неприятно находиться здесь. На мгновение его глаза встретили глаза Рей. В этих зеленых глазах не было ни капли сочувствия или доброты, напротив, они выражали ярость и готовы были поглотить Рей целиком.

Что-то казалось повеселило Глена и он улыбнулся лишь краешком губ. Вдруг в голове зазвучал холодный мужской голос. “Ты здесь умрешь!” От неожиданности в груди у Рей перехватило дыхание и она невольно вскрикнула:

– Ах!

На этот раз отозвался сердитый голос Винсента:

– Я же предупреждал вас быть внимательнее к тому, что я говорю.

Тут его взгляд, остановившись на девушке, и найдя ее ошеломленно смотрящей на Глена, сразу же переключился на него:

– Опять твои шуточки, Глен.

В ответ Глен только еще шире улыбнулся:

– Не терпится начать и посмотреть, что из этого всего получиться. Особенно с этой “неподходящей”.

– Если ты не будешь себя сдерживать, то все закончится еще раньше, – перебил вдруг его Клод, казавшийся самым здравомыслящим здесь после Винсента.