Останься со мной живым

В школе я немного шила и плела украшения из бисера, но интерес быстро пропал. Сейчас любила собирать многотысячные пазлы.

Потом я вспомнила и рассказала, как однажды с Ульяной мы забрели на какой-то мастер-класс для художников – там нам дали разноцветные шарики с краской и ружьё для пейнтбола, и на огромном холсте мы «рисовали». Получилась, конечно, абстрактная ерунда из клякс, зато было весело.

– О, пойдём я тебе кое-что покажу! – Аня повела меня в спальню. Над кроватью висела большая картина: ночное небо, а вместо звёзд яркие неоновые цветы разных размеров.

– Ух ты! Красиво, – поразилась я. – Это ты нарисовала?

– Нет, это Егор. После смерти его брат раздал картины на память. Ты представляешь, он ото всех скрывал своё увлечение. Никто не знал, что он рисует.

Было в картине что-то необъяснимо притягательное – именно чёрный фон оттенял цветы, заставлял их светиться, мне захотелось рассмотреть все ближе. «Кадмий пурпурный», вспомнила я варенье и улыбнулась. Удивительно, какое неполное впечатление может остаться о человеке, если судить его лишь с одной стороны.

Я смотрела на картину и восхищалась, Егор определённо был талантлив, и в то же время не понимала, почему он так хочет насолить мне? Может, просто добивается, чтобы я съехала?

Когда Егор был рядом, его выходки, наглость и бестактность раздражали, но, если отринуть негодование и просто взглянуть на него как на человека, открывались другие грани: талант, мастерство, ведь я влюбилась в его дом чуть ли не с первого взгляда.

Картина восхитила меня. Интересно, а на стенах в доме тоже его работы?

– Аня, а это точно Егор нарисовал, может, он их просто коллекционировал? – наконец, оторвалась я от созерцания полотна.

– Да, там в углу картины дата, его подпись и инициалы, – пояснила она.

Разговор как-то плавно перешёл на Егора, Аня рассказала, что он одним из первых купил участок в этом районе. Потом уже началась активная постройка коттеджей, спрос резко вырос. Егор жил в Москве, но каждые выходные, праздники, отпуска проводил здесь.

Дом спроектировал и большей частью строил сам. Всегда рвался сюда, но московская жизнь и работа не отпускали. Когда оставался здесь, к нему иногда приезжал брат. Аня рассказала, что у Егора, кроме брата, никого и не было, их с одиннадцати лет воспитывал дед, а потом и тот умер. О младшем брате Егора Аня отзывалась не так лестно, рассказала, что тот много пьёт и дом продал из-за пагубной привычки – нужны были деньги.