Останься со мной живым

Это нормально?

– Что-то между вами определённо есть. Это видно, – усмехнулась она. – Только из тебя разве выпытаешь.

Ульяна была убеждена, что у нас с Егором отношения, а я просто не хочу рассказывать подробности, даже чуть обиделась на меня из-за этого.

– Почему его словам ты веришь больше, чем мне?

– Потому что в твой дом приходит мужик, ест еду из твоего холодильника, знает, где что лежит, что ты поёшь песенки в душе, и когда у тебя месячные. И после этого ты утверждаешь, что видишь его в третий раз, и он всего-навсего умерший владелец дома, – Ульяна приподняла брови и покачала головой.

– Я не знаю, как его выгнать, он приходит как к себе домой. Уля, поверь мне, – в сотый раз попросила я. – Нужно сделать фото, и ты увидишь. Сейчас он придёт, и я докажу – на фотографиях никого не будет.

– У меня не получается во всё это поверить, не могу, – качала головой подругой. – Сегодня же ты выгнала его, до сих пор гуляет. А время-то уже за полночь, – глянула она на часы.

Егор так и не появился.

Среди ночи я проснулась от лая за воротами. Из тёплой постели выбираться не хотелось, но я знала, что это Дружок. Он громко гавкал, привлекая к себе внимание. Пришлось выходить среди ночи на морозную улицу.

Увидев меня, пёс радостно завилял хвостом. Егора не было. Собака стояла у ворот одна.

– Дружок, а где Егор? – поинтересовалась у него.

Пёс прижал уши и заскулил. Неужели с Егором что-то случилось? Я забеспокоилась. Но Дружок не выражал волнения, быстро проскочил во двор, в свою будку, и захрустел собачьим кормом.

Ещё раз оглядела улицу, лес в ночи казался зловещим. Поёжилась, быстро заперла ворота и вернулась в постель.

Сон не шёл, а внутри поселилось волнение. Я ворочалась в кровати, вновь казалось, что Дружок лает, но во дворе стояла тишина.

«Где же ты сейчас, Егор?» – гадала я. Но следом аж подпрыгнула, потому что в комнате включились и свет в люстре, и ночник одновременно.

Я села на кровати, прищурилась, привыкая к свету. Потом огляделась, по телу пробежала дрожь.

Хоть свет и горел, мне было жутко. Неужели, он услышал мой мысленный вопрос и решил ответить? Я старалась унять страх, уговаривала себя, что в гостиной спит Ульяна, во дворе Дружок, бояться нечего. Свет в люстре погас, но ночник остался гореть. «Опять проделки Егора», – нахмурились я. Ночник мигнул. Я вскрикнула и выругалась вслух:

– Ты издеваешься! Смерти моей хочешь?!

Ночник мигнул дважды.

– Ты что, мысли мои читаешь?

«Да» и тут же «нет».