Останься со мной живым

Расправившись с проектом под утро, я ушла спать, попрощавшись с Егором:

– Музыку оставлю тебе, наслаждайся. Спокойной ночи.

Свет мигнул трижды.

– Пожалуйста, – улыбнулась я.

Иногда мне казалось, что я слышу его голос в мигании света.

Плохая была идея оставить Егора с ноутбуком и музыкой, потому что меня вскоре разбудил тяжёлый рок, который орал на весь дом. Я накрыла ухо подушкой, но басы долетали сквозь неё. «Егор, вырубай, дай поспать!» – мысленно проклинала его я.

Музыка в гостиной стихла, я опустила подушку, но через некоторое время громко запела колыбельная «Спи моя радость, усни!»

«Какой же ты вредный! – мысленно заговорила с ним и улыбнулась.

 – Ты мне не дашь поспать?»

Свет не мигал – за окном было светло, из гостиной донеслись какие-то бодрые мелодии для зарядки. Я выползла из кровати, зашла в гостиную, потирая глаза.

– Что тебе от меня нужно? – спросила в пустоту. – Ты же помнишь, что я легла спать в шесть утра.

Свет помигал несколько раз, но я не поняла, что он хотел донести.

На заднем дворе бегал Дружок, подходил к дому и скрёб дверь, чтобы его впустили.

– Вон оно что, – догадалась я. – Пёселя выгулять?

Свет мигнул один раз. Перед Дружком стало стыдно, все эти три дня он был на самовыгуле во дворе. Я широко зевнула, но пришлось тащиться в душ и окончательно просыпаться.

Мы гуляли с собакой по дороге в магазин вдоль леса, я бросала Дружку палку, а он добросовестно её возвращал. У меня не получалось играть с ним так же весело, как Егор.

Я опять стала считать дни с последнего появления призрака: он исчез три дня назад и пока не возвращался. Может, Дружок мало по нему скучает. Я вдруг задумалась о том, а что, если пёс привыкнет ко мне и перестанет призывать хозяина к жизни, и Егор навсегда останется призраком-полтергейстом? Потом закралась неосторожная мысль: а что будет, когда Дружок умрёт?

Жалость опять подкралась из-за угла и схватила сердце в тиски. Никогда не считала себя сердобольной, сентиментальной или чересчур жалостливой, но чем больше думала о Егоре, тем больше меня охватывала грусть.

Я пыталась прогнать мысли, но ко мне подбежал Дружок, принёс палку, ткнул мокрым носом в руку, посмотрел преданно, радостно.

– Скучаешь по нему? – мне и пса стало до боли жаль. Он будто понял, про кого я говорю, поджал уши, а у меня на глаза навернулись слёзы.

Опустилась к Дружку, обняла, он всё пытался лизнуть меня в лицо, чем развеселил и отвлёк от грустных мыслей.