Я дам тебе крылья 2. Роковой Париж

Лиза протянула Юле телефон, но та снова покачала головой и даже спрятала руки за спину, отказываясь брать трубку.

– Ну-ка, скажи ему всё, что сейчас сказала мне, – сердито настаивала Лиза. – Пусть знает! – девушка резко сунула телефон в руку подруге.

Юля нерешительно поднесла трубку к уху и немного охрипшим голосом, с всхлипыванием тихо ответила:

– Алло.

2.

– Я тебя точно никогда не пойму, – пережевывая сэндвич, говорил Саша. – Значит, с Юлькой ты всё-таки расстался?

– Очень надеюсь, что нет, – вздохнул Пётр и нахмурился.

– А с Анькой что, она ж вернулась к тебе? – продолжал расспросы друг.

– Нет. С Анной покончено!

– Ты жжёшь! Такое благородство! Переспал за сутки с обеими и спровадил обеих, – ехидно ухмыльнулся Саша. – Даже мне до тебя далеко.

Пётр лишь натянуто улыбнулся и поморщился. На душе скребли кошки, по сути, то, что говорил в шутку Саша, было правдой.

– Сань, я ошибся. Не нужно было даже идти к Аньке, – укорял себя Пётр.

– Ух, я с твоей женой тоже бы пару раз так ошибся, – улыбнулся он.

– Не нарывайся! – пригрозил Пётр.

– Тоже мне, друг! – сразу надулся Саша. – Юльку увёл из-под носа. С Анькой не хочешь знакомить. Тебе жалко, что ли?!

– Анька даже не посмотрит в твою сторону, если у тебя нет своей виллы где-нибудь на Канарах, – равнодушно проговорил Пётр.

– У тебя же не было своей виллы, – возмутился Саша. – Думаю, мы найдём общий язык, – он выразительно поднял бровь.

– Там другое. Я ведь тогда летал и хорошо зарабатывал.

– Наверное, круто быть пилотом, а стюардессы… как на подбор, – мечтательно потянул Саша. – Не работа, а сказка.

– Да, тебе бы точно понравилось, – усмехнулся Пётр. – Если, конечно, останутся силы после перелета.

Они просидели на турбазе до самого вечера, и Пётр все старался забыть о разъедающем изнутри чувстве вины. Домой он вернулся поздно. Квартира встретила укоряющей тишиной – кругом всё напоминало о Юле, и каждая вещь словно демонстрировала, как её здесь не хватает: слишком пусто, слишком тихо.

Пётр знал лишь одно действенное средство от тяжелой тоски и чувства вины: он достал из бара бутылку виски. Но едва наполнил стакан, как ему позвонила Катя.

– Петя, привет. Ты поговорил с Юлей? – интересовалась она.

– Да, – тяжело вздохнув, ответил Пётр и сделал первый глоток.

– И как она?

– Уехала, – ответил он, поморщившись. – Потому что я идиот.