Omo sanza lettere (Человек без букв)

Omo sanza lettere. Человек без букв

Nemo

За каждым из людей скрывается история. Нам не дано узнать её полностью, но мы можем стать её частью. И я бы очень хотел стать частью твоей истории. Пока не всё потеряно, пока ещё можно что-то исправить…

Nemo

Omo sanza lettere. Человек без букв

Закон сохранения энергии

Слушай беззвучие, слушай и наслаждайся тем, чего тебе не давали в жизни, – тишиной.

М. А. Булгаков "Мастер и Маргарита"

Примостившись у старого дуба, я оглядел кресты и могильные плиты.

Ставшая почти родной обитель Аида всегда манила в холодные объятия. Только здесь я оставался в безмолвии, оттеняемом биением моего сердца. Одного живого среди тысяч затихших.

Потрёпанный томик и лучи октябрьского солнца дарили мне желанное спокойствие. Но столь призрачное и хрупкое, что и страницы этой книги, готовые рассыпаться в любую секунду.

Скользя глазами по строчкам, я случайно наткнулся на карандашную надпись. Кажется, на латыни. Аккурат возле штампа.

– Готов спорить, что в том году её не было, – прошептал я, не замечая шелеста знакомых шагов, – и что за вандалы портят книги, к тому же, казённые?

– Снова монологи на трансцендентные темы? – голос Макса бесцеремонно выдернул меня в опостылевшую реальность.

– Ты даже не запнулся. Где нахватался таких слов?

– Вчера прочёл.

– Да ладно, ты умеешь читать? – насмешливо бросил я.

– Ой, Каспер, иди к чёрту.

"Считай, я уже у него", – мелькнуло в голове.

Макс выудил из кармана пачку с парящим орлом и закурил, прожигая меня колючей зеленью глаз.

Я же самодовольно усмехнулся. Выводить его из себя было делом чести.

Но, видимо, приятель решил не оставаться в долгу и выдохнул клубок едкого дыма прямо мне в лицо. Я поморщился, изо всех сил сдерживая кашель.

Не выносил, когда так поступают. Однако для него делал исключение. Он был сплошным исключением.

– Походу, это верх романтики – читать на кладбище русскую классику, – парень глянул на листы, покрытые ржавчиной времени, – чё на этот раз?

Я молча показал ему корешок книги.

– Серьезно, Кас? И тебе не в падлу дважды перечитывать эту дичь?

– Трижды, – поправил я, вновь обретая голос.

– Ох, извини. Не оценил уровень твоей долбанутости, – Макс растянул губы в манере Чеширского кота, а я презрительно фыркнул.

Факт того, что разговоры о высоком не для него, был так же очевиден, как и то, что Фрида задушила платком младенца. Правда, выбирать не приходилось. Либо он, либо мёртвые.