Заклятый друг

– Расскажи, как ему удалось выбить для вас поездку в Перу?

– Это был краудфандинг. Но сбор средств шёл оооочень медленно, скажу честно. Хотя Серёжа всё обстоятельно расписал, завязал множество полезных знакомств и везде участвовал. Мы планировали, что сможем собрать группу и уедем изучать ледники Перу. В середине осени, не раньше. Но внезапно произошло чудо. Нашёлся анонимный инвестор, который в начале сентября перечислил огромную сумму. Так что Серёжа устроил мне сюрприз. Приехал пятого числа и сказал, что мы отправляемся прямо сейчас, – я нервно сглатываю.

Айдар выключает диктофон.

– Жесть, конечно. Сразу после похорон, получается. Ваша мечта сбылась именно тогда, когда Арский переживал самые тяжёлые дни. У тебя, наверное, было жуткое чувство вины, что ты бросаешь своего друга в такое время.

– Макс был не один, у него много друзей.

– Итак, вы улетели в Перу. Но… пробыли там всего две недели. Расскажешь мне, не для статьи?

– Почему мы с Серёжей так быстро вернулись в Россию?

– Да. Это же связано с вашими личными отношениями? В остальном всё шло по плану: вы постили фотки с «Ледяной девой» инков из музея в Арекипе, снимали видео тропических дождей в лесах Пукальпы, наконец, были на пути в Анды…

Кто-то сказал Серёже.

Про меня и про Макса. Поэтому он уехал.

И мне ничего не оставалось как отправиться за ним.

– И вдруг вместо южных ледников вы оказываетесь в российском городе у Северной Двины, на берегу которой находят вещи Серёжи.

Я прекрасно помню фотографии, которые мне показывали полицейские.

Густой ядовито-зелёный лес, свинцовые, уже ледяные рёбра реки, и на её фоне кроссовки, расшнурованные, облепленные тусклым, почти серым песком. Тогда подумала ещё – как странно, Серёжа всегда снимал обувь, не развязывая шнурки. Но остальные вещи, как и обычно, были сложены аккуратно.

– Да, семья с детьми приехала на тот пляж с палаткой. Они заметили одежду и мобильник, и поскольку никто долго не появлялся, вызвали полицию. А те уже позвонили по первому номеру из списка последних вызовов – то есть мне.

Я подумала, что это какой-то глупый розыгрыш. Мы ведь виделись всего за пару часов до этого, и я ждала его в съёмной квартире.

– Вы поссорились перед тем, как он пропал?

Мне кажется, ответ и так очевиден Айдару. Но так не хочется произносить это «да», словно подтверждающее мою виновность.

Трезвонящий телефон буквально спасает меня.

– Извини, я должна ответить.

Радость от того, что нас прервали, быстро испаряется.