Чудо-женщина. Официальная новеллизация

Теперь, спустя все эти годы, очевидная одержимость Мнемозины греками и спартанцами обрела смысл.

– Мы благодарны богам за этот райский остров, – сказала Ипполита, сложив руки в дань памяти об Олимпе, не обращая внимания на хаос и панику, зародившиеся в пытливом уме дочери.

– И за «Убийцу богов»? – спросила Диана, не в силах сдержаться.

Они благодарили богов за «Убийцу богов». Антиопа сама ей рассказывала.

На мгновение Ипполита отстранилась, приоткрыв от удивления рот, после чего осторожно переспросила:

– «Убийцу богов»?

– Да.

Странное выражение вспыхнуло на лице матери. Она пристально изучила Диану, а затем уголки её губ опустились. Неужели она загрустила? Или признала поражение?

Мать и дочь вместе отправились на вершину Темискиры. В высокой башне располагалась высеченная из скалы оружейная комната. Единственное окно, похожее на Божье Око, выходило, как на сушу, так и на окружающее море. С необузданным рвением Диана вцепилась в поводья.

Позади них, скрипя кожаными доспехами, ехали стражницы царицы. Они остановили лошадей во дворе у подножия башни и спустились на мощёную дорогу.

Чугунные оружейные ворота с острыми наконечниками оказались заперты, и Диана немедля просунула лицо между решётками. Внутри стояла темнота; пахло сыростью и морем. Отперев врата, стражница зажгла вдоль стен ряд факелов. Диана последовала за матерью по тёмному туннелю, глядя на светящийся прямоугольник, который по мере приближения становился всё ярче и ярче.

Из туннеля они попали в открытый двор.

– Боги оставили нам много даров. Придёт время, ты увидишь их все. Они хранятся в большой башне, – сказала Ипполита.

В центре двора, защищенный металлическими спиралями, сиял изумительной красоты меч. В солнечных лучах ярко мерцали украшенная драконами рукоять и лезвие с гравировкой в виде рун. Диана протянула руку и почтительно коснулась оружия. В этот момент ей почудилось, будто рука самого Зевса легла в её ладонь.

– «Убийца богов», – с благоговением воскликнула девочка. – Какой прекрасный!

Ипполита внимательно следила за дочерью.

– Кто будет им сражаться? – спросила Диана.

– Я молюсь, чтобы никому не пришлось. Но только самым бесстрашным такое под силу. Тебе не придётся сражаться, Диана.

С этими словами царица потянулась, взяла Диану за запястье и убрала её руку от меча. Лицо дочери вспыхнуло смущением.

– Здесь ты в безопасности. Тебе не о чем беспокоиться.