Чудо-женщина. Официальная новеллизация

Или, когда пыталась доказать, что овощи так же полезны для растущего тела, как и медовые пирожные.

– Я молюсь, чтобы ей никогда не пришлось сражаться, но ты и сама знаешь, что скорпион рождён, чтобы жалить, а волк, чтобы охотиться…

– Она ведь ещё ребёнок. Единственный ребёнок на острове. Не отнимай у неё детство. – Слова царицы прозвучали нежно, но решительно.

И хотя Диана чуть не застонала от огорчения, но как и любая хорошая амазонка без боя она не сдастся.

– Но мама! – запротестовала она.

– Никаких тренировок, – заявила Ипполита, положив конец дискуссии.

Царица без лишних усилий развернула Диану и цокнула лошади, чтобы та перешла на шаг. Когда лошадь повиновалась – а кто не повинуется Ипполите, царице амазонок? – Диана обернулась и бросила взгляд на Антиопу. Резкий, уверенный кивок генерала казался не просто прощанием, но скрытым уговором. Диана в ответ вскинула брови. Значил ли жест, что тётя поможет тренироваться?

Затем мать и дочь перешли к старым войнам и спискам дат, которые не имели никакого отношения к настоящему.

Быть может, надежда всё-таки есть?

* * *

Ночь. Тихий шум волн. Светлячки и падающие звезды. Совиное уханье.

Зажглись огоньки ночника. Мать расчёсывала чёрные кудри дочери, пока Диана ёрзала и маялась, то и дело возвращаясь воспоминаниями к уверенному кивку Антиопы. Тренировки, сражения, победы! Она станет настоящей амазонкой, а не обожаемым (и единственным) ребёнком. Антиопа поможет ей и сделает это достаточно скоро.

Диана никак не могла усидеть на месте.

Грядущей ночью она точно не уснёт – будет ворочаться, крутиться в кровати. Ложе её представляло собой подобие резного щита или раковины и было встроено в стену. В комнате блестел полированный камень, отражая свечи и пламя очага. Большую часть ночей ей нравилось проводить в прекрасной постели, принимать материнскую заботу и погружаться в сладкие грёзы о предстоящих битвах и приключениях. Однако сегодня всё изменилось.

– Обещаю, я буду осторожна! – умоляла Диана.

Царица гладила волосы Дианы, пропуская локоны дочери между пальцами.

– Тебе пора спать, – нежно промолвила Ипполита.

Но ведь должен оставаться хоть какой-нибудь способ убедить мать в своей правоте.

– Я могу без меча тренироваться.

– Умение сражаться не делает тебя героем.

Мама совсем не понимала её. Вернее, не понимала до конца. Героем быть, кончено, прекрасно, но куда приятнее вступить в ближний бой с Артемидой.

– Только со щитом. Там нет ничего острого.